Die Presse: Ваш фонд добился успеха в поддержке демократических движений: сначала смена власти в Сербии, затем в Грузии, а теперь на Украине. Вам не кажется, что такие автократы, как, например, президент Лукашенко, начинают постепенно бояться вас?
Джордж Сорос: Да, кажется, что так. Лукашенко меня выгнал, Каримов из Узбекистана меня выгнал. Причиной этого является то, что в этих странах существуют репрессивные режимы, испытывающие страх перед демократическими революциями. Но эти революции, безусловно, являются делом рук не нашего фонда, а граждан соответствующих стран.
То, что произошло на Украине, заставляет сильно нервничать режимы в других странах. Это заставляет также очень нервничать Путина.
Die Presse: Вы упомянули президента России Владимира Путина. Что вы думаете об обстановке в России, например, что касается свободы средств массовой информации?
Джордж Сорос: В России демократия больше не функционирует. Нет больше независимых средств массовой информации, нет политической оппозиции и органов правосудия, независимых от правительства. Россия сделала шаг назад.
Die Presse: Как должны реагировать на это европейцы и американцы?
Джордж Сорос: Они обязаны принять это к сведению. Условием для членства в «Большой восьмерке» должна стать демократия. Россия поэтому не должна быть больше членом «Большой восьмерки».
Европа не может позволить себе игнорировать геополитическую агрессию России. Чтобы иметь шансы на успех, ей необходимо действовать сообща. Однако общая европейская политика не должна основываться исключительно на геополитике, в таком случае национальные интересы могут оказаться сильнее общего. Россия сможет применить, как она делает и сейчас, принцип «разделяй и властвуй».
В краткосрочной перспективе существует реальная опасность, что старую мечту стать частью Европы Россия попытается воплотить, претендуя на роль доминирующей державы. В такой ситуации Европе необходимо проводить двойную стратегию. С одной стороны, она должна защититься от геополитической угрозы со стороны России, снова ставшей агрессивной и активной. С другой – она должна стремиться к тому, чтобы власть закона вытеснила право сильного, а стремление к демократии, открытому обществу и международному сотрудничеству возобладало над геополитикой.
Главный способ нейтрализовать геополитическое преимущество России – договориться о единой энергетической политике, в том числе об учреждении общеевропейского регулятора, имеющего приоритет над национальными регуляторами, и о создании общеевропейской распределительной сети. Это лишит Россию возможности стравливать страны между собой: скидки, предоставленные одному национальному дистрибутору, немедленно станут доступными потребителям других стран.
Если говорить о второй части стратегии, следует продвигать «власть закона» не прямолинейными способами, а с помощью реформы международной финансовой системы и обращая особое внимание на страны, соседствующие с Россией. Надо обязательно помочь Украине, находящейся сейчас в крайне опасной ситуации, и Грузии. Укрепление и поддержка бывших республик СССР послужит обеим ветвям единой стратегии ЕС в отношении России. Позволить России сделать эти страны своими сателлитами только благодаря превосходству в военной силе – значит войти в противоречие с ценностями открытого общества. Кроме того, геополитический интерес Европы в том, чтобы поддержать в этих странах, как источниках энергоресурсов, готовность к сотрудничеству.
Судьба вдруг отвернулась от нефтедобывающих стран. Профициты, к которым они привыкли за минувшие годы, обернулись дефицитом, их суверенные фонды понесли значительные убытки, а валютные резервы сильно сократились. Не думаю, что это плохая новость для мира в целом, но для стран=экспортеров нефти час расплаты, похоже, близок.
Некоторые из богатых нефтью стран, особенно Иран, Венесуэла и Россия, были в минувшие годы противниками сложившегося мирового порядка. После снижения цен на нефть у них все меньше возможностей строить дипломатические интриги.
