Нильсен умолкает, и его единственный глаз блестит от слез. Олаф смущенно вытирает его застиранным платком. С трудом он пытается улыбнуться и спрашивает:
Вы, Курилофф, хорошо теперь бьете китов?
Хорошо, — отвечает за гарпунера Северов.
К воротам подходит похоронная процессия. Нильсен торопливо встает, крепко пожимает руки советским китобоям:
Спасибо, спасибо, что навестили! Теперь я совсем счастлив. — Он извиняется и невесело шутит: — Меня ждут клиенты. Пойду делать свой бизнес.
Советские китобои возвращаются к машине. Всю дорогу они молчат, думая о Нильсене, о его судьбе. И еще они думают о том, чтобы скорей прошла конференция. Скорей бы вернуться домой, ощутить на лице ветер родного моря, шум волн у родных берегов.
Владивосток — Хабаровск — Магадан.
[1]
[2]
[3]
[4]
[5]
[6]
[7]
[8]
[9]
[10]
[11]
[12]
[13]
[14]
[15]
[16]
[17]
[18]
[19]
[20]
[21]
[22]
[23]
[24]
[25]
[26]
[27]
[28]
[29]
[30]
[31]
[32]
[33]
[34]
[35]
[36]
[37]
[38]
[39]
[40]
[41]
[42]
[43]
[44]
[45]
[46]
[47]
[48]
[49]
[50]
[51]
[52]
[53]
[54]
[55]
[56]
[57]
[58]
[59]
[60]
[61]
