Форексмен (СИ) полностью

– Но в нашем мире ничто не бывает чисто! – неожиданно оптимистично продолжил человек. – Поэтому всего один вопрос: в ваших делах сугубо денежные проблемы и нет ничего больше? К примеру, убийств, изнасилований?

– Нет-нет! – с радостью подтвердил Филипп. – Только денежные… и повторюсь: даже они по справедливости.

– Тогда продолжим не по телефону.

– Хорошо, но вы в Москве, я здесь, а времени все меньше…

– Я прилечу на ближайшем рейсе, – не дав закончить, пообещал человек.

– Сколько стоят ваши услуги?

– Об этом поговорим потом.

Вечер Филипп провел в полусне. Из комнаты не выходил. Когда стемнело, лег в кровать, не снимая одежды. Телефон держал под рукой. Где-то внутри еще оставалась надежда, что Мешок позвонит и скажет: «Со мной все в порядке, а это какая-то дурацкая ошибка». Но действительность есть действительность.

«А ведь похитители наверняка предлагали Мише позвонить мне», – глядя в темный потолок, думал Филипп. – «Предлагали позвать меня, чтобы я, как ни в чем не бывало, попался в ловушку. Но он не стал. Мешок не предал! Потом они осознали: его вообще лучше не подпускать к телефону, ведь хватило бы одного слова, чтобы я все понял».

Филипп стиснул зубы, когда представил, что, скорее всего, Мишу избили. Встал и подошел к окну; сон исчез окончательно.

До прилета московского рейса оставалось несколько часов. Тот человек уже в небе.

«Надежда только на него. Один я не справлюсь». Он прошелся по комнате. «Даже если бы деньги сохранились в полном объеме, я не отдал бы их. Не потому, что жалко расставаться, просто нет смысла. Нас бы с Мишей очень долго били, а потом… я даже не знаю, что... Убили? Наверное, нет. Но вряд ли мы после всего смогли бы жить нормально. Если бы из сложившейся ситуации можно было выйти ценой денег, я не раздумывал бы – отдал. Даже подписал бы бумагу, что в течение десяти лет отдам столько же. Но это немыслимо. В покое бы нас не оставили. А хуже всего, это закончилось бы полным моральным опустошением»

Филипп побродил по комнате и вернулся в постель.

«Если бы я оказался на месте Миши, то меньше всего хотел бы, чтобы мой друг приполз к похитителям со слезами раскаяния и деньгами. Такой шаг неприемлем. Поэтому я буду действовать!»

Звонок телефона разбудил Филиппа. Он не заметил, как уснул в неудобной позе на краю кровати.

– Я в аэропорту, – сообщил звонивший. – Где сам?

Филипп назвал адрес придорожной гостиницы и номер. По случайности она располагалась недалеко от места, где в ту решающую ночь Жлоб передавал деньги, а, соответственно, недалеко от аэропорта.

– Скоро буду. Телефон теперь отключай, – велел человек, затем добавил: – И батарейку вытащи.

Светало. Филипп едва успел вернуться из коридора, где заварил себе кофе, как в номер постучали.

– Не заперто.

Дверь отворилась, в комнату вошел мужчина. Рост средний, на вид – около пятидесяти пяти. Совершенно лысый. Лицо в морщинах, но их не в избытке, к тому же, в данном случае, они ему шли. Взгляд прямой, расслабленный. Уши слегка оттопыренные. В одежде прослеживалось смешение стилей, но, как и в случае с морщинами, выглядело это отлично. На ногах – черные кроссовки, серые брюки стрелочкой. Короткая кожаная куртка. Шею обхватывал высокий воротник черной водолазки. На плече – компактная сумка того же цвета. Вид не по годам энергичный.

– Филипп? – спросил мужчина, слегка запрокинув голову. Взгляд не читался, он был как оценивающий, так и безразличный.

– Да. – Он двинулся навстречу, протягивая ладонь. – Филипп Таланов. Спасибо, что откликнулись и оперативно прилетели.

– Это часть моей работы, – улыбнулся мужчина, отвечая крепким рукопожатием. – Мое имя Тарас.

– А по отчеству? – решил узнать Филипп, так как разница в возрасте была существенной.

– Агафонович. Но ты меня Тарасом зови, так короче и проще. О себе: я бывший сотрудник КГБ, затем ФСБ. В середине двухтысячных ушел на пенсию, но сидеть без дела не смог. Тем более за мой опыт и навыки люди готовы платить. Имею лицензию частного сыщика, лицензию на оружие, корочки внештатного агента службы безопасности.