– Не думаю, что мачеха установила пароль. Не те у нее мозги, чтобы додуматься до этого. Молодцов – другое дело. Возможно, его посылали как раз уничтожить информацию, а не забрать документы.
– Из их разговора это не просматривалось, – задумчиво сказал Субботин, – но записная книжка нам тоже интересна. Стоит заглянуть в нее раньше этого типа и, конечно же, опередить Матюхина, который вознамерился завтра встретиться с Ольгой Борисовной.
– Так вы хотите, чтобы я сегодня осмотрела комнату мачехи?
– Непременно, и лучше это сделать поздно ночью, чтобы никто не шатался рядом с домом.
– Вы пойдете со мной?
– Пойду, буду, как говорится, стоять на стреме, а в комнату вам придется проникнуть одной.
– А если меня застукают? – улыбнулась Марина.
– Вы можете всегда отвертеться, – весело заметил Субботин, – а вот если схватят меня... Это уже незаконное проникновение в чужое жилище.
– Хорошо, договорились, но я надеюсь, что вы меня отмажете, если меня все же застукают на месте преступления. Самое печальное, если в тайнике обнаружится переписка с любовниками, и только.
– Вы боитесь?
– Знаете, я приехала сюда из Абхазии. И там попала в такую переделку, что теперь ничего не боюсь.
– Про Абхазию мне известно, – опять одними губами улыбнулся Субботин.
– Откуда? – поразилась Марина. – Я даже Матюхину об этом не рассказывала.
– Я пытался вас разыскать. Позвонил в Тесинск. Мне дали телефон в Гаграх. Ваша подруга Лариса. Я разговаривал сначала с Анжелой, затем позвонил своим гагринским коллегам. Когда-то я учился в школе КГБ вместе с их начальником. Так что я владею всей информацией.
Марина покачала головой:
– С вами не соскучишься. Но раз мы заговорили об Абхазии, то у абхазов есть такое слово «аламыс». Если ты поступаешь по аламысу, значит, поступаешь по совести. Я поступлю, как мне велит моя совесть, даже если это идет вразрез с законом. Не люблю пафосных слов, но если мачеха замешана в грязных делах, нужно разоблачить ее немедленно. Если не замешана, пусть живет себе и здравствует.
– А что еще подсказывает ваша совесть? – тихо спросил Олег.
– И совесть, и интуиция мне подсказывают, что такой человек, как Ольга Борисовна, свой барыш не упустит. И не дай бог, если это как-то связано с гибелью отца...
– Запомните, преступников у нас карает государство, и если вы усвоили, что такое аламыс, это не значит, что вы усвоили другие обычаи, к примеру, кровную месть, – жестко посмотрел на нее Субботин. – От вас требуется проверить тайник, заглянуть, если получится, в компьютер и изъять на время записную книжку. И затем закрыть свой рот на замок. Остальные действия за мной.
– Понятно, я забыла, что имею дело с профессионалом. На какое время мы наметим это мероприятие?
– На два часа ночи. Но как вы собираетесь проникнуть в комнату мачехи?
Марина пожала плечами:
– Так вам сразу все и расскажи.
– Все-таки вы мне не доверяете?
– Простите, но я мало кому доверяю. Слишком часто меня обманывали.
– Хорошо, принимается, – неожиданно легко согласился Субботин. – Говорите, где мы встретимся?
– За флигелем тоже есть беседка, – сказала Марина. – Ждите меня там.
– Что нужно взять с собой? – спросил Субботин.
– Ничего не нужно, я сама обо всем позабочусь, – усмехнулась Марина. – Я ведь не кисейная барышня. Надеюсь, вам это тоже известно?
Олег скорчил комичную гримасу.
– Вы не поверите, я все время слежу за вашими успехами. И это не только профессиональный интерес. Я ведь когда-то был тайно в вас влюблен, но вы всегда были кем-то увлечены. Тем же Молодцовым... Затем Семеном. Но против Семена я ничего не имел против. Он был хорошим малым. Сильным, смелым, напористым... Мне же не хватало смелости пригласить вас даже на танцы. Да ладно, – Субботин махнул рукой, – дело прошлое, молодое! Зачем вам это знать! Давайте уж расходиться! Желательно по одному, в целях конспирации.
– Но мы пришли сюда вдвоем, что люди подумают? – улыбнулась Марина.
– Никто не видел, что мы зашли в беседку, я проконтролировал, – самодовольно усмехнулся Субботин и бросил взгляд на часы. – Давайте сверим время. На моих шестнадцать десять.
Марина посмотрела на сотовый телефон
– Точно, минута в минуту.
– Тогда до встречи ночью. – Олег быстро вышел из беседки.
Марина видела, как он огляделся по сторонам и нырнул в самую гущу ивовых зарослей. Она вздохнула и, выждав минут этак пять, тоже покинула беседку.
– Марина Аркадьевна! – услышала она чей-то крик и остановилась.
Из окна флигеля ей махала рукой одна из сотрудниц музея.
– Вас к телефону. Уже третий раз звонят!
– Кто? – Марина почувствовала, как у нее задрожали колени. – Мужчина?
– Нет, женщина. Ваша подруга из Тесинска.
