Александр Лаврентьевич Колпаков
ФОРМУЛА ПРИТЯЖЕНИЯ
На приборной доске вспыхнул зеленый сигнал. Андрея Боруту вдавило в кресло. Робот-пилот сделал молниеносные переключения на пульте, и Борута понял, что корабль достиг скорости ускользания и переходит на гиперболическую траекторию. Впереди - Марс. Вот она, долгожданная минута!..
Счетчики покачивали стрелками, ведя немой рассказ о невидимых водопадах заряженных частиц, о ливнях микрометеоров, бомбардирующих обшивку, о проносящихся с громадной скоростью далеких пришельцах протонах высоких энергий, рожденных в межгалактических магнитных полях. Деления мира на небо и землю уже не существовало. Земля оказалась теперь высоко над головой и напоминала небольшой голубоватый кристалл, сияющий на черном бархате. Его свечение почти неуловимо угасало, тускнело. Зато небесная сфера украсилась мириадами точек-звезд. Борута глянул в нижний иллюминатор и зажмурился от неожиданности: под ногами у него неистово пылало косматое Солнце, маленькое, но нестерпимо яркое. Оно изливало океаны света, еще резче подчеркивая беспредельность пространства.
Всем своим существом Борута чувствовал, что он - житель космоса, сын неба... И в то же время тысячи незримых нитей привязывали его к родине. Он вспомнил прощание на космодроме, лица друзей и родных. Потом незаметно унесся мыслями еще на полгода назад, когда встретил Надю... Волнами наплывал степной зной, в ослепительной синеве неба звенели жаворонки.
- Посмотри, вся степь бордовая. Красиво, - сказала Надя.
До самого горизонта, словно море, колыхались красно-бордовые "колокольчики", как называли эти степные цветы у них на родине.
...Увидел себя на решающем симпозиуме в Совете космонавтики. Кого и скольких послать в первую разведку на Марс? Только одного. Потому что громадность расстояния, малые размеры кабины - все остальное тело ракеты заняли топливные баки - не позволяли лететь даже двоим. Другое дело робот-пилот, небольшой, легкий. Еще недавно многие считали, что успешные запуски автоматических станций системы "Луна" положили конец спору - на что опираться при освоении космоса? Управляемые людьми корабли или автоматические станции? "Станции - это не только более гуманно, - утверждали некоторые ученые, - но и более экономично". В отношении Луны это было оправдано, поскольку время, уходящее на подачу сигналов автоматам, исчислялось секундами и практически не отражалось на точности их контроля. С Марсом же получалось сложнее: время прохождения сигналов равнялось уже минутам. Какая тут точность! Правда, эксперименты со станциями "Марс-1" и "Марс-2" нельзя было назвать неудачными. Были собраны весьма ценные предварительные данные. Однако они основывались на пока не поддающихся проверке показаниях слишком сложных коммутативных устройств. Вот тогда-то и решено было послать на Марс пилотируемый корабль. Перед Андреем Борутой стояла задача облететь планету по экватору и меридианам, сделать фотосъемку поверхности, визуальные наброски.
...С далекой Земли пришли радиоимпульсы. В последний раз услышал Борута голос оператора:
- Космос! Внимание, говорит Станция радиосопровождения. Связь кончаю! Переходите на ручное управление. Сейчас вас закроет тело Марса. - И в нарушение правил связи добавил уже неофициально: Счастливого облета, Андрей.
В этих простых словах, прозвучавших здесь, в пилотской кабине, как-то особенно по-земному, было столько тепла, что Борута почувствовал, что волнуется. С ним говорят от имени родины, о нем помнят, думают каждую минуту... Через какие-то часы он увидит вплотную "моря" и пресловутые каналы красной планеты, оказавшиеся, как сообщили автоматические станции, колоссальными трещинами в коре Марса следствие вулканической деятельности и тектонических движений. И он, Андрей Борута, - первый, кто сможет сверить карту с местностью, своими глазами увидеть то, что извечно было скрыто от человека. Когда-нибудь марсианские рейсы станут обычным делом. Вырастет новое отважное племя космонавтов, оно завоюет для людей все околосолнечное пространство, выйдет на границы Галактики... А все-таки он, Борута, первый.
Марсианский диск занимал уже больше четверти небосвода. Он висел во тьме ослепительной глыбой материи. Холодный оранжевый свет, проникая в иллюминаторы, озарял приборы каким-то таинственным мерцанием, словно идущим из толщи морских глубин... Еще через сутки Марс поглотил почти все небо. Борута вплотную приник к иллюминатору и все равно не увидел краев диска. Зато он ясно рассмотрел большие пространства, напоминающие земные пустыни, сеть исполинских трещин, прорезающих лик планеты, сглаженные горы. Неожиданно перед кораблем вспыхнула ослепительная дуга света. "Это край Солнца", - подумал Борута. А вслед за тем в иллюминаторе возникла феерическая картина: сверкающие волны красных песков, гребни пологих холмов... Корабль снизился до сорока километров. Андрей включил корректирующие двигатели, но скорость пока оставалась слишком большой.
