— Ваш Буйков — человек достаточно умный, но инфицированный смертельным вирусом наживы. В такой ситуации ум становится изощренным. А посему молодой человек не отправится получать свои, но все еще пока ваши, денежки лично. И сообщницу не пустит. То, что они оба собираются в одно и то же время звонить и мне, и Родиону, рассматриваю как следствие некой существующей между ними договоренности. Расчет на то, чтобы, запугав каждого из нас, заполучить и необходимые сведения, и деньги. Последние — руками господина Горшкова. Уверяю вас, что первой позвонят мне. Меня, например, стали брать на испуг точными данными о месте проживания и составе семьи. Ясное дело, жизнь Майки здесь не на первом месте. А Родиона Тимофеевича шантажировали исключительно Майкой и Мишуриком. Патриотизм в моем случае исключен, поэтому я все свалю на Родиона.
В том плане, что данные билета продиктовала ему. Пусть с него их и спрашивают. Это нормальное поведение нормального постороннего человека.
— Ненормальная, — прошептала девушка Ксюша, неслышно вернувшаяся после санобработки. Собиралась сказать мне еще какую-нибудь гадость, но была вовремя одернута Кочневым. Иначе я бы окончательно отвлеклась и в ответ наговорила ей лишнего.
Но не выдержала Наташка:
— От ненормальной слышим! Да тебя к широкой общественности и близко нельзя подпускать. Родя, ты подумай хорошо на тему ее связи с этой общественностью. Как губка впитывает все подряд. Причем хорошее самопроизвольно стекает, не задерживаясь, а всякая дрянь остается. Не фига этой дрянью порядочных людей мазать!
— Ира, так что вы предлагаете? — не выдержал Родион Тимофеевич.
Я демонстративно отвернулась от скрипнувшей зубами Ксюши и миролюбиво спросила:
— Родиончик, у кого имеются ключи от твоей московской квартиры?
— Ты думаешь?… У-у-у Ксении, — он явно не ожидал такого вопроса и взглянул на племянницу в ожидании подтверждения. — Я свои за ненадобностью не захватил.
Ксения кивнула, чуть не с головой нырнула в сумочку, затем вытряхнула все ее содержимое на стол. Глаза разбежались от многочисленного разнообразия посторонних для него предметов. Впрочем, из моей сумки можно и больше вытряхнуть.
— Не-ету, — растерянно протянула девица, поочередно с пристрастием вглядываясь в каждую вещицу, перед тем как закинуть ее обратно. Искала сходство с пропавшими ключами.
— Ну и не ищи, — махнула я рукой, искренне радуясь этому обстоятельству. — Все равно замок менять. Твои ключи у Буйкова. Пусть он ими и подавится. Вот только теперь даже и не знаю, как…
— У меня с собой дубликат ключей Родиона Тимофеевича! — вскинулся Кочнев. Надо же, какой выдержанный молодой человек.
— Дубликат — это замечательно! — обрадовалась я. — Дубликатов можно много наделать. Сейчас вы вместе с Ксенией едете по адресу Родиона Тимофеевича и с максимальной осторожностью проникаете в квартиру. Так, чтобы соседи не услышали. Лишний шум ни к чему. Да! Танечка! — окликнула я вежливо забывшую про нас официантку, — можно упаковать весь наш заказ в отдельную продовольственную корзину, на вынос?
— Да хоть всю телегу упакуем! — откликнулась отзывчивая Танечка.
— С ней долго скакать! Да и ломовой лошадью поработать никто не захочет, — возразила Наташка и уставилась на меня: — Нам обязательно есть эту корзину на кухне у Родиона?
— Нет, — я успокоительно похлопала Наташку по часам. — Боюсь, что до нас с тобой очередь не дойдет. Она предназначена Майке.
На этот раз даже Наташка вскочила. Я не на шутку испугалась. Сейчас как начнут наперебой меня благодарить!
Кажется, мне не верили. Пришлось дать совет поторопиться. Могу ведь и ошибаться. Последнее утверждение оказалось самым удачным толчком к действиям. Александр и Ксения сорвались с места и ринулись вон из кафе, не дожидаясь упакованной продовольственной корзины. Родион Тимофеевич на глазах ожил и нервно сжевал пластиковую травинку из букетика живых бархатцев, служивших украшением стола. В тот момент, когда на моем мобильнике заиграла мелодия вызова, Наташка потеряла ориентировку и села господину Горшкову на колени. От неожиданности он поперхнулся пластиком и закашлялся. Подруга вскочила, не долго думая, огрела его по спине кулаком и обвинила в том, что он сидит не на своем месте. Чем закончилась разборка, я не видела, пришлось выскочить на улицу, где отвлеклась на телефонный разговор.
— Пять часов! — требовательно доложил мне противный женский голос.
— Без двух минут! — поправила я. — Но, в принципе, я слушаю!
— Цифры на билете!
— Да не помню я их. Продиктовала Родиону Тимофеевичу и по его требованию разорвала билет. Разговаривайте с ним. А я моментально забыла всю эту историю. Не в ваших интересах мне ее напоминать. Так что оставьте меня в покое. Оба!
— Что значит «оба»?
Мне все-таки удалось внести сумятицу в ряды неприятеля! Противный голос потерял браваду.
— Привет Буйкову! Хотя едва ли он теперь сможет пользоваться этой фамилией.
Я скороговоркой обосновала свое высказывание — дала краткий перечень приключений сладкой парочки.
— Тебя не обременяет лишний груз знаний?
