Форт Рэйвен полностью

      Теперь, для поддержания гомеостаза, Вселенной необходимо получать информацию из самых удаленных ее уголков, да что там!– от каждого атома – и передавать ее на «центральный сервер», так же, как информация от клеток даже мизинца ноги по нервам поступает в мозг. То есть, архитектура вселенной и человека в чем-то похожи. В сущности – это та же модель, но различная физическая реализация таковой. Главная разница в том, что носителем информации во вселенной является, предположительно – энтропия, природа которой не вполне ясна. А в случае же внутренней информационной модели человека (сигналы от мозга к органам и обратно) – имеют место электрические процессы.

Человек, как и многие другие существа это – некий терминал для сбора сложно структурированной окружающей информации, которая затем поступает в «единую базу». Различные процессы во вселенной передают информацию о себе, как я уже сказал, посредством энтропии (я дальше не буду повторяться, что все, что тут написано – всего лишь мое личное мнение, гипотеза, которая впрочем, уже начинает понемногу обрастать фактами). Человек же, да и вообще все биологические объекты, наделенные сознанием, передают в эту самую базу, накопленную за день информацию во время сна. Думаю, что эти потоки имеют вполне конкретный, хоть и невероятно сложный формат, и что они в корне отличаются от информационных потоков, идущих от неодушевленной материи.

Думаю также, что передача информации происходит мгновенно, как это, в основном наблюдается на уровне квантовых процессов.

Зигмунд отложил чтение, и решил продолжить после. У него возникла идея сходить к упомянутой в дневнике Алекса пещере, но он тотчас и отмахнулся от нее. Времени было в обрез, искомое было найдено, а потому следовало возвращаться. Вряд ли в пещере могло оказаться что-то такое, что добавило бы нечто существенное к сказанному в дневнике.

Он спустился вниз и, подойдя к шерифу – протянул ему стопку найденных тетрадей.

– Это то, что я искал, – сообщил Зигмунд. – Наверное, можно возвращаться обратно в офис и составить протокол обыска.

– Знаете, – ответил шериф, – давайте оформим протокол прямо здесь, в доме, а то вдруг что-то упустим!

Зигмунд согласился. Помощник шерифа достал из принесенной папки соответствующий бланк, а затем вышел к машине за портативной пишущей машинкой. Вернувшись, он разложил машинку и бланки на журнальном столике, и затем довольно бойко, хоть и двумя пальцами, стал печатать, задавая попутно вопросы Зигмунду. Через полчаса все было готово. Все поставили свои подписи. Оригинал протокола забрал Зигмунд, а копию шериф сложил вчетверо и сунул в боковой карман. Теперь в офис заезжать было уже незачем, и шериф подвез Зигмунда прямо на вертолетную площадку. Зигмунд забросил в салон вертолета сверток, куда уложил тетради и протокол, попутно отдав распоряжение пилоту приготовиться к взлету. Пилот кивнул и стал нажимать какие-то кнопки и тумблеры. Винты вертолета начали понемногу с надсадным гудением вращаться. Зигмунд, чуть не в два прыжка, вернулся к шерифу с помощником. Он пожал протянутые ему крепкие руки и поблагодарил за оказанную ему помощь.

– Всегда, пожалуйста, – ответил шериф, улыбаясь.– У нас тут редко происходит что-то такое…

Зигмунд улыбнулся в ответ, а затем, прижимая шляпу к голове, вернулся к уже ревущему вертолету, и стал залезать вовнутрь.

Новостей от шефа все еще не было, и Зигмунд продолжил читать тетради, найденные в доме Тео. Он развернул черную тетрадь на закладке: