— Послушай, Мэри, — сказала Мэри Кокс, — ты могла бы набрать для нас всяких там пирожных или еще чего-нибудь? Если уж ты действительно едешь.
— Воровать нехорошо, — ответила Мэри Хебден.
— Взять у кузины вовсе не значит украсть, — заявила Мэри Хейли. — Всего парочку пирожных! Ведь мы кроме вареной баранины ничего тут не видим!
— Посмотрим.
— Как поедешь? — поинтересовалась Мэри Кокс.
— В наемном экипаже, с мисс Тревельян.
— О-оооххх! — простонали менее удачливые девочки.
— Везет же некоторым! — вскричала Мэри Кокс.
— Я вам тоже скажу одну вещь, — заметила Мэри Хейли.
— Какую?
— Мисс Тревельян позволила мне расчесать ей волосы!
— Ни за что не поверю! Когда?
— В ту ночь, когда меня рвало желчью, потому что я перенервничала, потому что мама уехала в Англию.
— Это было от ирисок из патоки, которые сварила Мод Синклер.
— Не важно, — продолжила Мэри Хейли, — главное, что мисс Тревельян отвела меня к себе в комнату и позволила расчесать ей волосы! Какие они красивые! Когда-то их отрезали, потом они отросли снова и стали еще лучше.
— Я слышала разговор моих теток, они рассказывали про мисс Тревельян что-то чудно́е.
— Ерунда! Так вот, я подумала: вот бы срезать у нее локон. Конечно, она сидела ко мне спиной, но я не решилась.
— Смотрите, вон она! — указала Мэри Хебден.
— Где?
Девочки завертелись в кустах лавра. Потом стряхнули крошки с будничных передников и помчались наперегонки.
— Я первая! — взвизгнула Мэри Хейли.
— Де-воч-ки! — прокричала старшая мисс Линси, растирая замерзшие руки на жаркой веранде. — Учиться владеть собой никогда не поздно.
Старшие и преуспевшие в этой науке юные леди прохаживались и беседовали, хмурясь на поднятую тремя Мэри пыль. Создания более грациозные, чем старшие девочки, непременно переломились бы — об этом уж точно позаботились бы законы природы. Их фарфоровые шеи были совершенны, их длинные прохладные ладони всегда пахли мылом. Они ловко держали в полусогнутых руках большие, чистые книги, к хрупким талиям они прижимали альбомы с нотами для фортепьяно и арфы, историю Англии, ботанику, пачки пористой бумаги для рисования. По пятницам они брали уроки хороших манер.
— Кто обуздает Мэри Хейли? — нахмурилась Лиззи Эбсворт.
— У меня создалось впечатление, — начала Нелли Хукхэм, понизив голос в связи с важностью того, что собиралась сообщить, — что эти Хейли — приверженцы римско-католической церкви.
И она бросила взгляд из-за плеча.
— О боже, конечно же нет! — воскликнула Мод Синклер, девушка простая и добрая. — Моя тетя с ними знакома. Хейли — люди порядочные.
— Этой Мэри, разумеется, потворствует мисс Тревельян, — заявила Нелли Хукхэм.
— Да, — кивнула Лиззи. — Вот и она сама.
Три девушки стояли, красиво выгнув шеи.
— Бедняжка, — вздохнула Мод Синклер.
— Почему?
— Ну, вы же знаете, — проговорила Нелли Хукхэм.
— В самом деле? — усомнилась Лиззи Эбсворт.
— Ей пришлось нелегко, — сказала Мод Синклер.
— Она гадкая! — заявила Лиззи. — Она язвит на математике!
— В самом деле, она довольно своеобразна, — вздохнула Нелли.
— Она — просто прелесть! — воскликнула Мод.
— Ни за что не стала бы обсуждать с ней ничего важного, — сказала Нелли. — Честно говоря, я пришла бы в ужас, заговори она со мной вне урока.
— Конечно, иногда мисс Тревельян бывает сурова, — признала Мод. — Бедняжка, ведь она испытала такое разочарование!
Лиззи Эбсворт смутилась и хихикнула.
— Сколько же ей лет, как вы думаете?
— Двадцать шесть.
— Не меньше.
Наступило молчание.
— Знаете, — сказала Лиззи, — я получила письмо от старшего брата Мэри Хебден, с которым познакомилась у Принглов прошлой зимой.
— Лиззи, и ты нам не рассказала!
— Какого он цвета?
Лиззи аккуратно переломила веточку.
— Не думаю, что можно сказать наверняка, — ответила она, поразмыслив.
— Мне нравятся рыжие мужчины, — поспешно призналась Нелли Хукхэм и покраснела.
— О нет!
— Ну, то есть не рыжие, — поправилась она, — скорее шатены.
И она покраснела еще сильнее.
— Я знаю, что имеет в виду Нелли, — задумчиво проговорила Мод. — Мне приходит на ум несколько таких. К примеру, бедняга Ральф Ангус.
— Он был моим кузеном, — сказала Нелли, перекладывая книги.
Подруги ее сочувственно охнули.
— Такая трагедия! — вздохнула Лиззи, имевшая обыкновение сопровождать свою мать во время утренних визитов. — И такое крупное поместье.
— Мой отец придерживается мнения, что в глубине континента они обнаружили райские земли и не хотят возвращаться. Но это всего лишь теория, конечно, — заметила Мод.
— Не думаю, что Ральфу настолько чужды человеческие инстинкты! — выпалила Нелли.
— Не забывайте про немца.
Листья лавров заколыхались. Кусты разошлись, и оттуда вылезла маленькая девочка, одетая в практичное платье цвета листвы. Довольно странный выбор для ребенка.
— Это же Мерси! — воскликнули девочки.
Мод положила книги на землю и сделала вид, что собирается ее съесть. Мерси взвизгнула.
— Где мои поцелуйчики? — спросила Мод.
— Нету! — завизжала Мерси.
— Тогда что ты мне дашь?
— Ничего! — засмеялась Мерси.
— Если ты такая злюка, я возьму вот это, — поддразнила Мод, дотронувшись до шарика в руках девочки, тоже зеленого.
— Нет!
