– Нет. Жуков Женя сказал, что видел ее всего один раз. На эту вечеринку ее якобы Беспалова пригласила. Анжелой зовут. У Рыбаковой нашей приятель есть, работает с ней в одной конторе.
– «Тарасовмонтаж»?
– Да. Я сегодня туда Толкушкина отправила. Он мне, кстати, звонил, когда я к тебе ехала. Сообщил, что разговаривал с двумя секретаршами. Тридцатого апреля и четвертого мая Рыбакова работала как обычно. Беспалова довольно регулярно навещала Рыбакову в конторе. Отношения у них были далеко не идиллические, на какой-то вечеринке они публично разругались, но потом вроде бы помирились.
– Из-за чего же они поссорились?
– Зависть, если верить Ларошфуко, еще непримиримее, чем ненависть. А Рыбакова завидовала удачливости Беспаловой. Подумай сам, обе приехали из Красногвардейска, так сказать, покорять областной центр. Одна – на ведущих ролях в модельном агентстве, мужики вокруг вьются, деньги повалили, квартиру сменила… Другая живет все в той же комнате, работает в конторе, каких тыщи…
– Рыбакова ведь тоже хотела попробовать себя в модельном бизнесе. Тем более… Одной повезло, а другой, мягко говоря, не очень.
– А приятель Рыбаковой?
– Бодров. Его на месте не оказалось, Толкушкин взял его адрес.
– А вам не кажется, что если бы Беспалова кому-то захотела довериться, то этим человеком, судя по всему, должна была бы быть Рыбакова?
– Хочешь сказать, что…
Лежащий на столе в окружении бананов, апельсинов и цветных упаковок сотовый отчаянно запиликал.
– Вершинина слушает, – Валандра поднесла трубку к уху.
– Это Мещеряков, – в голосе Михаил Анатольевича сквозило беспокойство, – срочно приезжай.
– Что случилось? – Вершинина почувствовала, как у нее холодеют пальцы рук.
– Дело – дрянь, но это не телефонный разговор. Я тебя жду, – глухо прорычал шеф.
– Миша, ты можешь хоть в двух словах объяснить?
– Звонил Трофимов. Слышала про такого? Хочет встретиться с тобой, в общем – запахло жареным…
– Ясно. Через пятнадцать минут буду.
Вершнинина нажала на кнопку «отбой» и обратила к Алискеру взволнованное лицо.
– Что случилось? – встревожился Мамедов.
– Троша хочет меня видеть.
– И что вы думаете об этом? – в черных глазах Алискера появился лихорадочный блеск.
– Думаю, что все это неспроста… Сдается мне, что ты здесь оказался как раз благодаря ему.
– Вы считаете, что это он охотится за пленкой?
– Похоже на то…
– Мне кажется, что вам не стоит встречаться с ним наедине! – забыв о боли, Мамедов привстал.
– Работа у меня такая, – улыбнулась Валандра, поднимаясь со стула.
– Я серьезно…
– Отставить! Твое дело сейчас – выздоравливать. Завтра ребята тебя навестят. Ну, до скорого!
Вершинина взяла портфель и направилась к выходу. На душе скребли кошки. Не то, что она боялась встречи с Трошей, просто все это было как-то неожиданно.
Мещеряков ждал ее в своем кабинете, меряя нервными шагами одну и ту же диагональ от правого окна до высокого офисного шкафа.
– Садись, – тоном не терпяшим возражением произнес он, как только Вершинина появилась на пороге.
– Теперь-то ты можешь рассказать поподробнее… – Валандру начинало раздражать это маятниковое хождение туда-сюда, служившее симптомом охватившего шефа беспокойства.
– Да что тут рассказывать! – в сердцах махнул он рукой, – так я и знал…
Мещеряков наконец остановился и теперь стоял у сейфа, лихорадочно скобля рукой свой тройной подбородок. Его дряблые щеки при этом желеобразно подрагивали.
– Ну и вляпались! А день так хорошо начинался! Выпили с тобой по рюмашке, погутарили…
Похоже, невозмутимое молчание Валандры действовало Анатоличу на нервы не меньше, чем ей – его суетливые движения и дурацкие восклицания, потому что, бросив на нее свирепый взгляд, он заорал:
– Да что ты как в рот воды набрала?!
– А что мне делать, если ты заладил одно и то же:»дело пахнет керосином, вляпались?!» Я что-то, Миша, не замечала за тобой такой импульсивности…
Вершинина не удержалась от усмешки.
– Смеешься?! – окончательно взбесился Мещеряков.
– Миша, ты не в органах, говори потише, на меня твой ор не действует.
– Я как чувствовал, что не сулит нам это дело ничего хорошего – одни неприятности! – Михаил Анатольевич опять начал ходить туда-сюда. – Черт бы побрал этого Дыкина!
– Ты невзлюбил мэра только за то, чо он прямо ко мне обратился?
– Да пошел он на…
Мещеряков с размаха плюхнулся в кресло, достал из лежащей на столе пачки «Мальбро» сигарету, из кармана мятого пиджака – зажигалку и закурил. Вершинина безмолвно наблюдала за ним.
– Ты сказал, что Троша хочет со мной встретиться. Где и когда?
– Он еще звонить будет. Ни о чем конкретно я с ним не договаривался. Ты что же это, на самом деле собираешься с ним базарить? – как бы спохватился Мещеряков.
– Ну он же со мной хочет пообщаться… – скромно заметила Валандра.
– Что-то все лично с тобой теперь хотят иметь дело! – с обидой в голосе воскликнул он, – и чиновники, и мафиози…
– Так ты только из-за этого так волнуешься? – саркастически усмехнулась Валентина. – Это что же, в тебе, Миша, твое уязвленное самолюбие говорит? А я решила, что ты за меня беспокоишься…
