Моя одержимость ею вспыхивает в разгар свидания «фотосессия вслепую». С тех пор, как оно закончилось, её образ прочно отпечатался в моём сознании, заставляя мысли блуждать по самым тёмным местам. Надев маску, я исполняю её тайное желание, играя роль незнакомца, но хранимые мной секреты, угрожают разрушить вспыхнувшую между нами запретную страсть. Но она привлекает внимание еще одного человека, способного набросить зловещую завесу на возникшую между нами безумную связь. И я становлюсь её защитником, хоть это означает, что в конце она может меня возненавидеть. Суждено ли нам остаться чужими или мы сможем стать одним целым?
Данный перевод является любительским, не претендует на оригинальность, выполнен в НЕкоммерческих целях.
Просим НЕ использовать русифицированные обложки книг в таких соц. сетях, как: Инстаграм, Тик Ток, Твиттер, Фейсбук, Пинтерест и т. д.
«Доброе утро», — это самый дерьмовый способ поприветствовать новый день, и мне хотелось бы избить засранца, который придумал эту фразу. Нет ничего хорошего в утре, в то время дня, когда мы вынуждены вырваться из утешительной хватки сна. Если бы я мог, я бы оставался без сознания ещё полгода. По крайней мере, тогда бы мне не пришлось думать
Расставание было к лучшему, но от этого легче не стало. Особенно, если учесть, как это произошло. Я стараюсь не думать об этом, когда разогреваю миску овсянки и несу её на стол. Я пытаюсь не думать об этом уже несколько месяцев, но пока плохо получается.
Мой сосед по комнате сидит за столом. Он засовывает в рот бублик и крошит маленькими семенами чёрного тмина по всему столу. Они похожи на помёт тараканов.
— Мы должны вытащить тебя из этой депрессии, — говорит он с полным ртом хлеба, — я записываю тебя на «фотосессию с незнакомцем».
— Я даже не знаю, что это такое, но мой ответ — хрена с два.
Тейлор закатывает глаза.
— Это фотосессия вслепую, и я не понимаю, почему ты не хочешь попробовать. Это не свидание или одна из вечеринок, на которые я постоянно тебя приглашаю. Похоже, пора принять решительные меры, иначе ты помрёшь в одиночестве.
— Уж пусть лучше меня четвертуют.
Я провожу рукой по своим тёмно-русым волосам, и уже знаю, что будет дальше. Ещё больше чувства вины за мой разрыв с бывшей.
Аппетит пропал, я отодвигаю тарелку с овсянкой и роняю голову на руки. Не знаю, почему он не может оставить меня в покое. Да, я немного раздавлен, но мне не хочется бежать и искать очередную девушку после моего последнего расставания. Нужно время, чтобы преодолеть это самому. Честно, я уже сильно устал от всего. Я имею в виду, мне двадцать пять, и я до сих пор живу с соседом по комнате.
Я искал квартиру для себя и бывшей. Когда нашёл идеальное место, я решил сделать ей сюрприз. Она тоже приготовила для меня сюрприз. Я поймал её под одним из моих, теперь уже бывших, друзей и положил всему этому конец. Жаль, что я не знал, какая она лживая сука, когда проколол ради неё свой член. Возможно, следующая моя женщина это оценит, но я не собираюсь встречаться с ней в ближайшее время.
Моя жизнь — это удручающий беспорядок, и я не думаю, что странное свидание вслепую изменит мои шесть месяцев страданий ерундой. Хотя, даже если я страдаю, то считаю, что имею право. Я чертовски любил её. Или я так думал. Во всяком случае, теперь я не знаю, что означает это слово.
Тейлор поворачивает телефон ко мне.
— Посмотри на этих девушек. Они чертовски горячие. На этом сайте, им даже требуется некоторое время, чтобы индивидуально подобрать красивое личико, подходящее к твоей личности.
Я отталкиваю его телефон от себя.
— Угомонись, Тейлор. Пожалуйста.
Я умоляю его оставить эту дурацкую идею. У меня нет никакого желания этим заниматься. Во-первых, это не в моём стиле. Совершенно. Во-вторых, я не готов, какими бы горячими ни были девчонки.
— Ну, как хочешь. Если ты умрёшь в одиночестве, не говори, что я не пытался. Он поворачивает экран к себе и продолжает прокручивать пальцем, раздражённо поджав губы.
Я ценю, что он пытается мне помочь. Он по-прежнему приглашает меня на какие-то вечеринки, хотя знает, что я откажусь.
— Спасибо, Тейлор, — говорю я, — серьёзно.
— Да-да.
Он подносит бублик ко рту, осыпая стол крошками.
Я выбрасываю недоеденную овсянку в мусор, наполняю бутылку водой и хватаю наушники. С тех пор, как мы с Лизой расстались, я набрал десять фунтов1 и изо всех сил пытаюсь их сбросить. Несмотря на то, что я ненавижу бег, он помогает скоротать время и прояснить голову. Трудно думать о своей бывшей, и о том, как она разрушила мою жизнь, когда я борюсь за каждый следующий вдох. Если я смогу сбросить эти десять фунтов, я, возможно, даже соглашусь пойти на любое свидание вслепую, которое придумает Тейлор.
Я включаю музыку и начинаю бежать по тротуару. Наш арендованный дом расположен в милом маленьком квартале, наполненном семьями и пожилыми парами. Я пробегаю мимо лужаек, заваленных велосипедами и игрушками, идеально подстриженной травой и ухоженными клумбами. В такое раннее время здесь не так много людей, но те немногочисленные пешеходы, мимо которых я пробегаю, не машут мне рукой или даже коротко не кивают с натянутой улыбкой. Я здесь совсем не вписываюсь, и они, кажется, всё это знают.
