– Плоский шлиц, это Филлипс, ты там? Прием. – Выключив микрофон, девушка стала ждать ответа.
Герон хмыкнула:
– Плоский шлиц и Филлипс?
– Это его кличка со школы, – стала оправдываться Кира. – Что я могу сделать? Кстати, у него действительно плоский затылок. Я стала пользоваться этой кличкой пару недель назад, зная, что он поймет, а больше никто не догадается. – Девушка пожала плечами. – Еще один круг защиты параноика. А «Филлипс» просто показался подходящей парой.
– Плоский шлиц и Филлипс – это два типа шлицев крепежных изделий, – «включился» Афа. – А еще есть шлиц Робертсона, бристольский, шестигранный…
– Ага, – перебил Сэмм, снисходительно похлопывая гиганта по плечу, – мы в курсе.
– Не трогайте меня! – завопил Афа, вскакивая на ноги. Сэмм попятился, а Афа снова закричал, покраснев от ярости: – Я не позволял вам трогать меня!
– Все хорошо, Афа, – пыталась успокоить его Кира. – Все хорошо, просто помолчите, пожалуйста, – я попытаюсь снова выйти на связь, мне нужна тишина. – Обращение к технической необходимости сработало: Афа снова сел, тяжело пыхтя. Кира включила микрофон.
– Плоский шлиц, это Филлипс, ты там? Давай, Плоский шлиц. Пожалуйста, ответь. Прием. – Она отключилась, слушая помехи.
– …восьмигранный, – тихо продолжал Афа, – двенадцатигранный, квадратная головка, позидрив, торкс…
– Филлипс, это Плоский шлиц, – голос Маркуса звучал искаженно и забивался помехами, рука Афы метнулась к шкале настройки. Слова выскакивали и пропадали:
– …слабо, где… тебя больше недели. Прием. – Голос Маркуса вернулся чистым и ясным, и Кира, дав ему закончить, улыбнулась и включила микрофон.
– Извини за радиомолчание, Плоский шлиц, мы были заняты. Нам пришлось… – она запнулась, тщательно подбирая слова, чтобы рассказать ему, где они, не выдав при этом своего местоположения возможным иным «слушателям». – …переместиться. Пришлось передвинуть базовый лагерь, они подошли слишком близко и могли обнаружить нас. Теперь наше общение будет еще более прерывистым. Прием.
– Рад тебя слышать. Я уж забеспокоился. – Повисла долгая тишина, но Маркус не сказал «Прием», и Кира не знала, говорить ли ей снова или нет. Только она потянулась к микрофону, как Маркус заговорил. – Ты по-прежнему отслеживаешь эфир? Прием.
– Доступ прерывался, как я объяснила. А что? Прием.
Снова молчание, а когда Маркус наконец продолжил, его голос был полон боли:
– Доктор Морган захватила весь остров. Захватила полностью – не просто контролирует его, как Делароза, когда загребла власть, а, скорее, как… почти как зоопарк. Или загон для скота. Они устраивают облавы на всех, кого могут найти, и сгоняют их в Ист-Мидоу, а потом убивают. По одному каждый день. – Голос перешел в дрожащий от слез шепот. – Прием.
У Киры перехватило дыхание.
– Вот о чем говорил тот, кого мы слышали, – начал Афа, но Кира, коротко махнув рукой, велела ему замолчать. Девушка нажала кнопку передачи, уже зная ответ, но заставляя себя все-таки задать вопрос.
– Почему они убивают людей? – поколебавшись, она переключила тумблер. – Прием.
– Ищут Киру Уокер, – Маркус не выдал ее, но она слышала муку в его голосе и надеялась, что их никто не подслушивал.
– Я предупреждала тебя, что будет плохо, – прошептала Герои. И, махнув в сторону радио, добавила: – И его предупреждала.
– Помолчи, – огрызнулась Кира.
– Тебе нужно сдаться ей, – шипела партиалка.
– Я сказала, заткнись! – взревела Кира. – Дай подумать хоть минуту.
– Я никому не говорил, где Кира, – продолжал Маркус, по-прежнему разыгрывая представление с третьим лицом. – Не то чтобы я знал, где она, но не выдал даже те крохи, которые знаю. Если она решит сдаться… ее дело. Я не собираюсь принимать это решение за нее. Прием.
Кира вцепилась взглядом в радиопередатчик, словно тот вот-вот раскроется и из него выскочит готовый ответ. «Она убивает кого-то каждый день. Каждый день». Это звучало ужасно, отвратительно, чрезмерно, но… Неужели это хуже, чем то, что происходило с партиалами? Да, их не расстреливали, но они все равно умирали. Она убедила Герои, что их поиски важнее, чем просто приостановить череду смертей, что самое важное – найти «ПараДжен», найти Предохранитель. Отыскав ответы, содержащиеся в его недрах, они найдут решение навсегда, для обеих сторон, найдут не просто обезболивающее, но настоящее лекарство. Если она собралась бросить умирающих партиалов на произвол судьбы, то надо уж бросать и вымирающих людей, иначе все это притворство. Все ложь.
Она вздрогнула, чувствуя подступающую слабость и тошноту при мысли о стольких смертях.
– Я не хочу быть в таком положении, – тихо произнесла она. – Не хочу быть той, на кого все охотятся, той, кто решает, кому жить, а кому умереть.
– Ты можешь сесть и поныть по этому поводу, а можешь решить вопрос разом, – вступила Герои. – Вернись сейчас, и ты спасешь обе стороны: мы совершим прорыв в разработке защиты от срока действия, а Морган прекратит убивать людей.
– Это спасет их на время. А я хочу спасти их навсегда. – Кира помолчала, все так же глядя на передатчик, потом повернулась к Герои. – Почему ты здесь?
