Фрагменты сожалений полностью

«Повезло мне, – думал Игнатий, любуясь бледной кожей, обтягивающей тоненькую шею Наташи, что шагала впереди, затем опустил взгляд к щупленьким ягодицам. – Так и буду держаться позади нее и, если что, тут же обниму. Если испугается чего-то, обниму ее как бы машинально: в такой момент она вряд ли придаст этому хоть сколько-нибудь значения, а мне будет приятно. Да, замечательно». И, довольный планом, растянул губы в мечтательной улыбке. Потом его мысли сместились к другому: напугает ли кого-нибудь страшилка, которую он вспомнил, еще слушая Леру? Уверенным в этом он не был, поскольку история ему самому казалась весьма посредственной, хотя и не лишенной нескольких колоритных моментов. В любом случае, чтобы это узнать, оставалось только ждать, когда они вернутся в зал.

Половина компании еле уместилась в запыленном чулане, другая половина осталась ожидать за дверью, и то один, то другой так и норовил втиснуться в кучу малу, свято веря в то, что уж он-то или она точно найдет искомое. Освещая пол, подростки кружились по часовой стрелке и против нее, сверху напоминая какой-нибудь свихнувшийся простой механизм. Они не нарочно толкали друг друга, иногда то ногами, то локтями задевая интерьер и стены.

– Видимо, придется и здесь все передвигать и, если потребуется, выносить наружу. Ведь должен же быть где-то этот гребаный люк! – негодовал Арсений.

– Должен быть, – отозвалась Лиза и поморщилась, заметив похотливый взгляд Игната, направленный на зад челкастой. Ей хотелось спросить его, тот ли темный проход он ищет, но воспитание приказало молчать. Потом она приметила коврик под столом в дальнем конце чулана, прижатый старомодным алюминиевым бидоном с ржавеющей крышкой. Лиза подошла к нему, встала почти вплотную, схватила за холодные ручки, чтобы передвинуть, но тот поддаваться не торопился – оказался чем-то наполнен, о чем говорила и заплескавшаяся по внутренним стенкам жидкость. – Эй, помогите мне, – обратилась она к сильным их квартета.

– Не вопрос, – отозвался первым Арсений, взялся за одну из ручек и рывком сдвинул тяжелую емкость почти к самому углу. Коврик съехал в сторонку, а на деревянном полу от трения по нему днищем бидона осталась широкая полоса.

Игнатий с Наташей не могли себе позволить проигнорировать происходящее и встали рядом с Арсением.

– Что-то нашли? – поинтересовался Максим, заняв дверной проем.

– Пока нет, – сказал панк, не оборачиваясь.

Глядя на бидон, Наташа спросила:

– Как думаете, что в нем?

– Кровь? Там чья-то кровь? – в шутку ли или всерьез предположил Игнатий, переводя азартный взгляд с ног Наташи на алюминиевую посудину и обратно.

– Сейчас проверим. – Арсений разомкнул стяжной замок, плотно прижимающий крышку к горлу бидона, и рывком эту крышку откинул. Направил свет фонарика внутрь.

Наташа разочарованно махнула рукой:

– А, всего лишь вода.

Игнатий тоже оказался малость разочарован находкой. Он бессвязно пробубнил под нос и уже собирался отвернуться, но поймал себя на том, что что-то перед его взором не сходится, поэтому только ниже наклонился, повнимательнее всмотрелся. Когда понял, что его насторожило, поделился соображениями:

– Вам не кажется, что вода выглядит слишком уж чистой? В смысле, если бы она простояла здесь не один год или даже несколько месяцев, разве не должна была она позеленеть? Больно уж она прозрачна. Да и стенки вместе с дном, как вижу, тоже чистые. И никакого неприятного запаха.

– И правда, – согласилась Наташа, закусив нижнюю губу. – Странно это как-то. Получается?.. – Она покосилась на других, не желая сама озвучивать очевидное.

– Совсем недавно здесь кто-то был, – закончил за нее Игнат.

– Если это так, то на кой черт ему заполнять водой этот дурацкий бидон? – спросила незаметно для четверых подкравшаяся Лера, державшая руки скрещенными на груди. Услышав ее голос, Наташа вздрогнула от неожиданности.

– А зачем вообще кому бы то ни было приходить сюда, заполнять бидон водой и ставить его в чулан? Какой в этом смысл? – дополнил вопрос Игнатий.

– Хрен знает, – помотал головой Арсений. – Но, сдается мне, именно тот, кто налил в эту хреновину воду, оставил граффити на стене второго этажа.

Тем временем Лиза держала приподнятый над полом коврик, на котором и стоял алюминиевый сосуд, оставивший на ткани кольцеобразную вмятину. Смотря под ноги, она сказала:

– Кажется, ответы мы сможем найти в подвале этого дома.