Фрагменты сожалений полностью

В прошлый раз Марина дала обещание, что вызволит его отсюда, и она намерена выполнить свое обещание. Она уговорила свою мать посодействовать ей в этом, и та, пусть и выказывала беспокойство, все же согласилась съездить с дочерью на место. Девушка заранее продумала свою речь и поведение: сначала поговорит с персоналом, что называется, по душам, где необходимо – солжет, после чего сбегает за мамой, которая ожидает их в такси. И да, она, конечно же, о Диме позаботится. А когда к ним нагрянут те ужасные люди из столь же ужасной секретной организации, они все вместе – и Марина, и ее мама, и родители Димы – поговорят и с ними, надавят им на жалость, и они оставят его в покое. Ведь Марину оставили когда-то.

Девушка, обуреваемая радостным волнением, прошла в дальний конец коридора, вызвала лифт, поднялась на третий этаж. Прежде чем войти в палату, поправила сбившуюся прическу. Тихо постучала в дверь и отворила ее.

Конечно, она не сразу сообразила, в чем дело, когда увидела трех плачущих медсестер. Но улыбка на ее лице сменилась выражением ужаса, стоило ей взглянуть на Диму.

– Что с ним? – обеспокоенно спросила она дрогнувшим голосом. – Что с ним случилось?

Одна из женщин буквально вылетела за дверь, вторая – следом за ней.

– Мы только что пришли сюда, чтобы поздравить его, а он… – с дрожью в голосе сказала оставшаяся медсестра.

– Нет. – Марина медленно подошла к кровати. – Нет, я не верю в это.

Она положила дрожащую руку Диме на плечо и пыталась его расшевелить. Кожа юноши была холодной, неестественно бледной; глаза приоткрыты, губы – посиневшие, дыхания нет.

– Дим, – сильнее затрясла она его, – хватит придуряться. Дим, перестань, слышишь?

Но он никак не реагировал.

– Дим…

– Он тебя не слышит, дорогая. Его больше нет с нами. Оставь его в покое.

Она убрала руку от его плеча, упала на колени и, сложив руки на кровати, спряталась в них лицом и зарыдала.

Женщина, смахнув слезу с щеки, заметила какой-то лист бумаги у ноги юноши и подняла его.

– Мне кажется, это для вас, – протянула она письмо девушке, предварительно пробежавшись глазами по тексту.

Марина подняла голову, взяла сложенный лист.

– Я отойду, милочка. Нужно все подготовить для… – она не договорила и, сглотнув, вышла из палаты, оставив девушку наедине с ее другом.

Шмыгнув, девушка протерла глаза рукавом и начала читать письмо.

«С тех пор как ты впервые пришла ко мне, мне хотелось тебя увидеть. Хотя бы мельком взглянуть на ту, кому я не был безразличен. Спасибо тебе за все съедобные и несъедобные подарки, которые ты мне оставляла. Как жаль, что ты узнала правду так поздно, когда я уже пережил столько бед и совсем отчаялся. Приди ты ко мне года на три-четыре раньше, и я бы, наверное, с удовольствием сбежал с тобой. Да хотя бы года на два…

Все эти годы мне так хотелось вспомнить свое прошлое! А тут вдруг выяснилось, что никакого прошлого у меня и не было. Почти… Но те недолгие месяцы, которые я прожил на свободе, – я их невероятно ценю. Да, я ничего не помню, но мне достаточно было твоих слов. Так пусть месяцы моей свободы останутся хотя бы в твоей памяти. И на тебя обиды я не держу за правду, которую ты раскрыла мне. Поэтому, пожалуйста, не вини себя ни в чем. И я хотел сказать тебе, что ты мне нравишься. Правда. Жду не дождусь, когда ты снова поцелуешь меня, но только уже тогда, когда я буду бодрствовать и смогу насладиться поцелуем.