Вы спросите: «Когда же?» В единственно возможное время: пока я, скорчившись, мерзла с Персивалем в турбогенераторе, моя «горничная» очень мило проводила время в моей постели с моим доктором. Чудные родители у этого малыша! Шутка: Джерри сейчас живет в Нью-Брисбене со своей миленькой женой – Дианой, но Тилли и слышать не хочет о том, чтобы он узнал, что у нас в доме растет его сын. Да, Джерри живет здесь… Еще одно «случайное совпадение»? Не думаю. Человеку с профессией врача не нужно платить вступительный взнос в колонию. Джерри захотел жениться и прекратить странствовать, а зачем, скажите на милость, торчать на Земле, если у вас есть возможность поглядеть на разные колонизированные планеты и выбрать местечко получше?
Вся наша семья в случае надобности обращается к Джерри – он отличный врач. Ну да, у нас в семье есть два доктора медицины, но всю жизнь они практиковались в другом: они были генными хирургами, генными инженерами, биологами-экспериментаторами, а теперь… Они – фермеры.
Жанет прекрасно знает, кто отцы ее первого ребенка: оба ее тогдашних мужа, Жан и Джордж. Почему оба? Потому что она так захотела, а любой каприз Жанет сделан из стали.
Первенец Бетти почти наверняка не результат работы скальпеля и мог бы считаться «законным» где угодно, но… Бетти настолько несовместима с законопослушанием, что она скорее заставит вас поверить, что залетела в групповике на бале-маскараде. Нью-Брисбен – тихое местечко, но в доме, где находится Бетти, не соскучишься.
О возвращении «черной смерти» вы, наверное, знаете больше, чем я. Глория благодарна мне за предупреждение – Луна-Сити удалось спасти, но благодарить нужно скорее Босса. Без него из меня никогда не вышло бы Кассандры, даже на пару дней…
Чума не распространилась за пределы Земли, и в этом, безусловно, заслуга Босса. Хотя был один случай, когда из Нью-Брисбена передали сигнал, запрещающий посадочному боту приземляться, пока он не пройдет вакуумную стерилизацию. И случилось так, что эта процедура помогла уничтожить просочившихся на звездолет и бот крыс и мышей, а вместе с ними и… блох! Как только это выяснилось, капитан сразу прекратил пререкания по поводу доставки казенного груза в колонию.
Теперь о вступительных взносах: почта от Ботани-Бей до Земли (и Луны) идет четыре месяца (туда и обратно – восемь). Не так уж и плохо для расстояния в сто сорок световых лет! (Один раз я слышала, как какая-то туристка спросила, почему мы не пользуемся радиопочтой.) Глория заплатила за меня взнос в колонию так быстро, как только это было возможно, и очень щедро снабдила меня начальным капиталом – завещание Босса открывало здесь самые широкие возможности. Она не посылала сюда золото – у колонии есть свои счета в Луна-Сити, которыми удобно расплачиваться за любой хозяйственный инвентарь, закупленный для Ботани-Бей.
Но у Пита на Земле было очень мало денег, а у Тилли – бывшей «рабыни» – вообще ничего. У меня же еще оставался «кусок» приза в той дурацкой лотерее, весь мой расчетный чек от «Систем энтерпрайзес» и даже несколько акций. Это избавляло моих друзей от залога – наша колония никогда не отказывает беглецам в убежище, но… У них могли уйти годы на то, чтобы выкупить свои доли.
Они оба начали было рычать на меня, но я зарычала в ответ – и куда громче. Дело не только в том, что все это остается в семье, – ведь если бы не Персиваль и Матильда, меня бы наверняка поймали, отправили в Реальм, а там… Живой я бы оттуда не выбралась. Но они продолжали настаивать, что будут выплачивать мне…
В конце концов мы пошли на компромисс. На их выплаты и кое-какие другие остатки мы основали фонд имени Эйзы Хантера «Хлеб, пущенный по воде» – для помощи новым беженцам и просто переселенцам.
Я давно уже не думаю о моем странном и отчасти позорном происхождении. «Только женщина-человек может родить человеческое дитя» – так, кажется, говорил мне когда-то Джордж. И это чистая правда: лучшее тому доказательство – Венди. Я – нормальный человек, и я не одна!
Думаю, это все, что человеку нужно. Быть не одной. Быть человеком среди людей, быть частичкой того, что зовется «люди».
Я – нужна им. Еще как нужна! На прошлой неделе я попыталась сообразить, почему у меня вечно не хватает времени, и… Я – секретарь городского совета, я – руководитель программы в Ассоциации «Родители – преподаватели». Я – старший инструктор в женском скаут-лагере, я – вице-президент Клуба садоводов, и я состою в комитете планирования колледжа, который мы основали здесь… О да, я нужна им, нужна всем, и…
Какое же это сладкое чувство!
Посвящается Спрэгу и Кэтрин
