Как указывает П. Даунтон,
Прежде всего, город представляет собой фрактальную структуру не только в пространстве, но и во времени. Диахроническая (историческая) фрактальная модель города в значительной степени формируется посредством объектов городского пространства (плакаты с дореволюционными городскими видами, названия улиц, магазинов, ресторанов, витрины и т. п.), имеющих историческую семантику: например, ул. Огородная слобода, Кутузовский проспект, район Лефортово, ТЦ «Рогожская застава», станция метро «Китай-город» в Москве, кафе «Коллежскiй асессорЪ» в Санкт-Петербурге и пр. Огромный топонимический массив советской истории, сохранившийся во многих периферийных городах, демонстрирует соответствующий фрактальный уровень истории не только самого города, но и всей страны. Диахроническая фрактальность городского пространства представлена также через памятные знаки (мемориальные доски) на домах, в т. ч. с информацией об истории самих улиц. Наглядные «срезы» исторического фрактала города можно обнаружить в Красноярске, где все бывшие названия той или иной улицы перечислены на специальных уличных табличках: например, «ул. Большая XVIII в., ул. Воскресенская XIX в., ул. Советская с 1924 г., пр. имени Сталина, пр. Мира с 1961 г.».
Однако основной «узор» исторической фрактальности складывается из самой архитектурно-пространственной данности города. Городская среда имеет тенденцию быть диахроничной, поскольку в пространстве современного города, особенно мегаполиса, вольно или невольно, могут быть собраны постройки самых разных исторических эпох и соответствующих тому времени архитектурных стилей – древние крепостные стены, средневековые монастыри, особняки XVIII–XIX веков, промышленные корпуса и рабочие бараки начала XX века, жилые здания типовой застройки, офисные небоскребы и т. д. В этом же ряду стоят «исторические» кварталы, такие, как «татарская деревня» в Казани или «литературный квартал» в Екатеринбурге, представляющие собой целостные фрактальные паттерны локальной истории. Вложенные исторические предфракталы размещаются в местных исторических (краеведческих) музеях, антикварных магазинах и блошиных рынках.
Создавая своим противоречивым соседством эклектическое смешение времен и постмодернисткую бессвязность деконструированного пространства, исторические памятники и постройки одновременно образуют «новый порядок из хаоса», диахронический фрактал локальной/мировой культуры. И тогда остатки земляного вала, затейливая лепнина на стенах особняка позднего барокко или старый железнодорожный мост оказываются не просто элементами городской среды, но концептуально-фрактальными паттернами исторических предфракталов своих эпох.
Показательным примером концептуального фрактального паттерна локальной истории служит здание офисного центра Office Center 1000 (Каунас, Литва, построен в 2008 г.), в котором расположены два крупных литовских банка. Фасад здания, выложенный из стеклянных плиток разного размера, имитирует литовскую банкноту. Казалось бы, здесь демонстрируется обычная геометрическая фрактальность с «вложенными» паттернами, в качестве которых выступают денежные купюры. Однако дело в том, что изображение на фасаде воспроизводит не увеличенную копию множества других купюр, хранящихся и циркулирующих внутри здания, а банкноту в 1000 лит образца 1926 года, превращая всю конструкцию в концептуальный фрактальный паттерн литовской истории.
