— А где он сейчас, этот сторож? — спросил Юхан.
— К сожалению, он уже умер.
Юхан вздохнул.
— Но у него есть сын, — продолжала Маргарета. — Иван. Иван Хедлунд.
— И он жив?
— По крайней мере, на прошлой неделе еще был жив, потому что заходил к нам пообедать.
— А где он живет? — спросила Чарли.
— Ольнэс.
— А адрес? — спросил Юхан.
Маргарета ответила, что понятия не имеет — большой красный дом в самом конце дороги.
— Поезжайте в сторону воды.
Я лежу в своей кровати в общежитии. Рядом со мной стоит воспитательница в пожелтевшей ночной рубашке и ночном колпаке, который, кажется, родом из семнадцатого века.
— Что ты натворила, Франческа? — шепчет она. — Господи, что ты делала на улице среди ночи — в одной ночной рубашке?
Я отвечаю, что просто вышла прогуляться, что не могла лежать в постели. Воздух какой-то не такой. Дышать тяжело.
Воспитательница отвечает, что это все глупости — ни одна девочка еще не жаловалась на плохой в воздух в Хёгсетере.
— Это во мне, — шепчу я. — Собственно, дело не в воздухе.
— Тогда зачем ты выходишь наружу? — спрашивает воспитательница. — Если проблема в тебе, не важно, где ты находишься.
Я открываю рот, чтобы сказать, что снаружи мне лучше, ведь там я могу свободно двигаться, но понимаю, что смысла в этом нет. Мы с воспитательницей принадлежим к разным биологическим видам. Мы не понимаем друг друга.
— Так куда же ты ходила? — спрашивает воспитательница. — Надеюсь, ты не натворила глупостей?
Я качаю головой и отвечаю, что просто шла наобум, что мне просто хотелось продышаться. Это неправда. Я ходила к общежитию Поля, чтобы выяснить, нет ли у него чего-нибудь такого, что могло бы меня успокоить. Но когда я заглянула в комнату, которую он делит со странным молчаливым парнем, его кровать была пуста. Куда ушел Поль среди ночи? Куда он мог уйти без меня?
Промежутки между домами становились все больше. В детстве Чарли несколько раз бывала в этих местах — один раз на выезде с классом, второй — с Бетти в гостях у фермера, державшего овец. Но тогда она не думала о красивых старинных домах и усадьбах. Они миновали здание школы, явно переделанное под жилой дом, а также похожий на замок дом — видимо, когда-то очень роскошный. С фасадов свисали оторванные желобы, окна заросли ползучими растениями. В этом упадке таились и красота, и грусть.
— Он в хлеву! — крикнул им мужчина в зеленой куртке «Хелли Хансен», когда Чарли и Юхан направились к входу в дом там, где дорога кончалась.
— Спасибо, — ответила Чарли.
— Я пойду с вами, — продолжал мужчина. — Нужно помочь ему с поросятами.
Когда они переступили порог хлева, Чарли вдохнула знакомый запах сена, удобрений и животных.
— Вот, нашел их у тебя на дворе, — сказал мужчина, который так и не представился. — Привел сюда.
— Чего вы хотели? — спросил Иван.
Он стоял, склонившись над большим пластиковым ящиком на колесах. Чарли заметила, что руки у него в крови.
— Стоять! — крикнул он огромной, похожей на волка собаке, направлявшейся к ним. Та замерла.
Они представились, и Юхан рассказал легенду о том, что он пишет о пропавших людях.
— Это очень срочно? — спросил Иван. — А то у меня тут поросята, которых надо кастрировать.
Он кивнул в сторону пластикового ящика.
Сделав шаг вперед, Чарли увидела, что ящик полон спящих поросят.
— Я должен закончить, пока не прекратило действовать снотворное, — продолжал Иван. — Так что, если хотите поговорить со мной, придется делать это, пока я занимаюсь яичками. Или подождите.
— Мы, наверное… — пробормотал Юхан, поеживаясь.
— Мы хотели бы поговорить о твоем отце, — сказала Чарли.
— Он не пропал, — ответил Иван и нахмурил лоб. — Мой папа покоится на кладбище. Хельмер, дай мне одного.
Хельмер протянул ему поросенка, которого взял за ноги. «Не очень-то нежно», — подумала Чарли, когда они закрепили маленькое животное в какой-то стальной раме. Иван выругался по поводу какой-то разболтавшейся детали.
— Нас скорее интересует не твой отец, — сказал Юхан, — а девушка из семьи, в которой он работал.
— Мильдов?
— Да.
— Об этом я мало что знаю. Я лишь иногда навещал его по выходным. Я ведь бастард, — добавил Иван и сплюнул в сточную канаву.
«А кто из нас не…?» — подумала Чарли.
— Можно спросить, зачем ты… — Юхан кивнул в сторону поросят. — Зачем ты убираешь у них яички?
— Иначе мясо будет с привкусом, — ответил Иван.
— Ты их хорошо усыпил?
— Ясное дело, я же не живодер.
Хельмер протянул Ивану нож, тот взял маленькую мошонку, сделал два ловких надреза и выдавил два яичка размером с вишню. Вытащив их, он бросил их на пол хлева. Тут же подскочила собака и слизнула добычу.
— Ты куда? — спросила Чарли Юхана, котрый быстро направился к двери.
— Пойду покурю.
Некоторое время мужчины действовали молча, как будто забыв о Чарли. Видно было, что они хорошо сработались — понимали друг друга без слов. Они поднимали и передавали друг другу поросят, Хельмер подавал Ивану инструменты, а собака заботилась об остатках.
Чарли вышла, чтобы посмотреть, что там с Юханом. Он стоял снаружи у стены хлева и курил.
— У тебя есть еще?
