Однако подобно многим жителям Флоренции, Джованни Пьетро д’Анджело отказывался верить, что надежный банк Медичи находится в критическом положении, ведь он всегда служил им верой и правдой. К сожалению, отсутствие во главе финансового предприятия человека с математическим складом ума и твердой хваткой сыграло роковую роль: руководители отделений получили чересчур много свободы, а главный управляющий вообще был выбран с недостаточной степенью ответственности и предусмотрительности. Ключевой пост занял человек, не способный говорить с хозяином откровенно и прямо, а потому предпочитавший замалчивать дурные новости. От этого положение ухудшалось с каждым днем.
Подвела и непродуманная политика займов: английскому королю Эдуарду VI был выдан неоправданно крупный кредит, отчего лондонское отделение банка лопнуло. То же самое случилось и с филиалом в Милане, а отделения в Неаполе, Лионе и Риме переживали нелегкие времена. Люди, которых Лоренцо назначил на руководящие посты в семейном деле, то и дело проявляли вопиющую некомпетентность, а сам он признался, что многого в деятельности финансовой империи просто не понимает. Прослышав о нависшей опасности, Джованни Пьетро д’Анджело предусмотрительно забрал свои деньги из пошатнувшегося финансового гиганта и поместил в небольшой и очень консервативный банк, принадлежавший еврею-ювелиру по имени Якопо Киро.
Флорентийское отделение банка Медичи не могло отказать торговцу шелком в возвращении значительной суммы. Что ни говори, а Джованни Пьетро д’Анджело возглавлял профессиональную гильдию и обладал солидным весом в обществе. Свои действия он предпочел не разглашать, а опасения сохранил в тайне, ведь клан Медичи издавна благоволил его семье. И все же Джованни не мог позволить Лоренцо утянуть на дно и себя самого, и своих близких, тем более что еще предстояло выдать замуж двух младших дочерей.
Горькая правда заключалась в том, что экономическая обстановка больше не благоприятствовала торговле шелком. Даже богатые покупатели тратились все меньше и меньше. Забрав деньги из ненадежного банка, Джованни попытался защитить семью в трудные времена. В целях экономии он даже рекомендовал жене максимально сократить хозяйственные расходы. Хорошо, что второй сын, Джорджио, уже определился в жизни: в девятнадцать лет он окончил курс обучения, был рукоположен в священники и недавно получил место секретаря кардинала. Должность стоила очень дорого, но Джованни был рад, что выгодно вложил деньги: будущее Джорджио не вызывало тревоги. Заметное сокращение торговли шелком оставляло место в семейном деле лишь для старшего сына, Марко. В письмах Орианна скупо делилась с дочерью своими опасениями.
– Мама волнуется, – сказала молодая герцогиня мужу. – Мир меняется слишком стремительно.
– У нас в Террено Боскозо мир не меняется совсем, – с улыбкой ответил Рафаэлло. – Что бы ни происходило вокруг, мы остаемся все теми же.
– Это успокаивает, – согласилась Франческа. – Однако может наступить момент, когда даже нам не удастся остаться в стороне от событий. Если изменится Флоренция, изменится и весь мир.
Рафаэлло рассмеялся:
– Право, ты слишком серьезно относишься к жизни, любовь моя. Так и голова может заболеть.
Все же Франческа продолжала тревожиться, ведь супруг не мог взглянуть на события трезвым женским взглядом. Он жил в собственном мире: беспристрастно и справедливо улаживал споры между подданными, охотился, играл в шахматы с отцом. Герцогиня тем временем замечала весьма неприятные признаки, например: слышала на рынке разговоры о том, что урожай в этом году оказался не столь обильным, как в прошлом, что в дальних землях французы нередко нарушают границы герцогства. Пока, правда, вторжения ограничиваются лишь появлением отдельных патрулей. Она поделилась переживаниями с мужем, однако тот лишь равнодушно пожал плечами:
– Границы прозрачны. Французы и савояры не впервые появляются на нашей стороне. Наверняка без злого умысла.
Франческа удивилась столь спокойной реакции и только теперь поняла, насколько благополучную и безмятежную жизнь вел в своем маленьком герцогстве ее красавец супруг. Никто никогда не нападал на Террено Боскозо и даже не угрожал, но Франческа знала, что большие сильные державы не вторгаются на территорию маленьких и слабых просто так, случайно. Из многочисленных наставлений Орианны она твердо запомнила главное: всегда внимательно относись к обстоятельствам, способным повлиять на твою жизнь. В отличие от обворожительного мужа и милого свекра, сама она восприняла действия французов настороженно.
Герцог Тит заметил тревогу невестки и попытался развеять опасения:
– На протяжении многих лет соседи время от времени проникают на нашу территорию, однако никогда не задерживаются. В Террено Боскозо им просто нечего делать.
