Она загорелась на ее руке, и мы пошли в Вечность.
В Вечности тоже куда-то выстраивалась длинная очередь людей, которые ничего не понимали, но все же хотели что-то понять, чтобы жить дальше, хотя и будут ли они жить дальше, никто из них не знал.
Молчание привело нас с женой на берег той же самой реки, где недавно исчезали друг за другом люди. Мы смотрели с ней в черную воду, по которой сияла и плыла луна, то есть ее дивное отражение…
Мы взялись за руки и вошли в реку, но не утонули, а пошли по воде, и вода держала нас… И мы шли долго, держа в наших сомкнутых пальцах частичку моей любви, частичку «Лю»…
Она светилась и нам было от этого хорошо… Потом человек сидящий на холме, спустился к нам, и что-то прошептал… И мы очутились в светлом лесу, где под каждым деревом росло множество грибов…
Эти грибы были причудливым отражением – выражением когда-то живших здесь людей… Они тоже росли отовсюду и никак не могли не понять, ни разгадать ни судьбы, ни своего предназначения, и кто-то тоже, как мы, смотрел на них сверху, и также аккуратно собирал вместе, чтобы потом превратить их в таинственное кушанье… И мы с женой также аккуратно собрали их вместе, помыли, поставили на огонь и съели… И они продолжали жить в нас, отдавая частичку своей любви, частичку «Лю»… И все светилось этой магической частичкой, озаряя весь мир… А потом что-то вдруг как-то странно покачнулось в моих глазах, и я уже плавал в глазах жены, а она в моих, и мы были счастливы, и самое удивительное, что мы осознавали это… «Лю» озаряла и спасала нас одновременно!… Аминь!
Странность жизни я ощущаю в том, что пытаемся создать вечное на постоянно исчезающем… То есть любой смертный так или иначе воспринимает свое творчество в глубине своего темного подсознания как сизифов труд, что оно и есть в том смысле даже, что сам художник никогда по настоящему не пожинает урожая (плодов) своего творчества… И однако при всей бессмысленности мы пишем, творим, думаем, черт возьми, и даже умудряемся создать какие-то шедевры… Один мой знакомый поэт сказал, что творческим эгоизмом и энтузиазмом заражает нас не кто иной, как наш же Создатель… Возможно, он выбирает из нас тех, кого оставить навечно в созданных им краях, как знать… В последнее время я ничему не удивляюсь и ни во что не верю, веруя при этом сразу во все, это помогает мне выжить и быть таким железно-абсурдным, как и Сизиф, таскавший на себе целый мир, бессмысленно проливавшийся назад в Вечность! И еще, странность жизни в том, что мы вообще появились здесь, не зная откуда и куда направлено все наше общее стадо паломников… И еще странность в том, что ты можешь быть юным и старым одновременно, глядя на себя в зеркало, или на фото, или глядя видео… Везде отражение этой странности, не признающей вокруг себя никаких законов, никакого равенства, тождества, и уж тем более постижения того, что пока для нас остается вечной тайной, которую. мы можем только чувствовать, и то только в отдельные мгновения дарованной нам жизни… Что можно определить как ту же странную доброту совершенно не доброго к нам Творца…
