– Ну, так что? – говорит Каро. Стоило ей заговорить, как я понимаю: это точно она. Все иные предположения тотчас отметаются. Я стараюсь овладеть собой. Есть в ее глазах нечто, некое злорадное удовлетворение, что мгновенно заставляет меня насторожиться – вернее, насторожиться еще сильнее. – Так ты пригласишь меня войти или как?
– Вообще-то я не слишком хорошо себя чувствую. – Я приоткрыла дверь лишь на пару футов, чтобы не показаться грубой, но не настолько широко, чтобы ей войти. – Разве Джулия не предупредила тебя?
Скорее всего, предупредила, иначе бы в это время Каро ждала моего прихода к ней на работу.
– Предупредила. Но я решила, что сочетание вот этих вещей тебе наверняка поможет. – Она поднимает бутылку вина, пакетик «Лемсипа»[12] и большую упаковку бумажных носовых платков.
– О, это так любезно с твоей стороны. – Ввиду щедрых подарков правила хорошего тона требуют, чтобы я открыла дверь шире. К тому же я дала себе обещание им следовать. – Входи!
Каро входит. Я беру у нее из рук подношения. Она тем временем снимает пальто и бордовую шляпку и с хищным прищуром осматривается по сторонам, буквально пожирая глазами даже самые незначительные мелочи, чтобы затем сложить их в кладовые своей памяти. Я тоже осматриваюсь, пытаясь взглянуть на вещи ее глазами. Вполне милая квартирка в доме георгианского стиля, небольшая, но уютная, с симпатичными старинными деталями, как, например, эркер. Впрочем, до шикарных апартаментов самой Каро ей как до небес. Или даже до квартиры Тома.
Том… Мысль о нем – это мой сладкий секрет, который никому не положено знать. В моей руке все еще зажата визитка флориста. Я тихонько сую ее в карман.
– Прекрасные цветы! – говорит Каро. – Тайный поклонник? – Она буквально впивается в меня взглядом, голодным и жадным. Но есть в ее глазах и что-то еще, что-то вроде злости. С другой стороны, с какой стати ей злиться на меня за то, что мне подарили цветы?
– Это вряд ли, – отвечаю я с беззаботной усмешкой.
– Нет? Тогда от кого же? – Ей непременно нужно знать правду.
– От одного довольного клиента… Ладно, давай, проходи в кухню, – быстро добавляю я, стыдясь собственной лжи. Все, что связано с Томом, для меня в новинку, и я не уверена, что умею это хорошо прятать. Я веду Каро за собой по квартире. Сказать, что я не рада ее вторжению в мое личное пространство, – значит не сказать ничего. От Северин тоже никакой помощи. Она идет следом за Каро на расстоянии примерно в полметра. Такой реальной, такой решительной я ее еще ни разу не видела.
– Чай? Кофе? – предлагаю я, но Каро с вожделением смотрит на бутылку вина, которую вручила мне и которую я поставила на кухонный стол. – Вина? – неохотно добавляю я, перехватив ее взгляд.
– Да, пожалуйста. У тебя, часом, не грипп?
Я нахожу стакан, вытаскиваю из ящика штопор и отвечаю:
– Похоже на то. Жутко ломит тело и болит голова. – Кстати, это чистая правда. Вернее, было правдой, пока не прибыли цветы и уровень эндорфинов в моей крови мгновенно взлетел. Впрочем, грипп тут вообще ни при чем. А что до цветов… Внезапно я вспоминаю. – Черт, ванна!
Пулей выскакиваю из кухни. Каро, растерянно разинув рот, остается стоять в кухне. Слава богу, ванна еще не наполнилась до краев, однако вода уже достигла уровня сливного отверстия, а сама ванная комната укутана облаком пара. Я быстро выключаю кран и с тоской смотрю на полную кипятка ванну. Может, мне повезет побыстрее избавиться от Каро и вода к тому времени еще не остынет окончательно… Но затем я замечаю на дне ванны Северин. Она одета и лежит совершенно неподвижно. Глаза закрыты, волосы лениво извиваются вокруг головы. Хотя я и привыкла постоянно видеть ее рядом с собой, этот новый ее образ гипнотизирует меня. А также наполняет ужасом. Затем она резко садится, мокрые волосы плотно прилипают к ее голове. Она открывает глаза и смотрит на меня. Я подавляю в себе негромкий крик.
И в это мгновение в моем мозгу как будто щелкает некий замок. Внезапно я точно знаю, что произошло во Франции десять лет назад. Пару мгновений стою, глядя на Северин, и в моем сознании постепенно возникает картина – подобно тому, как лепестки цветов разворачиваются с первыми лучами утреннего солнца…
