Самым точным предисловием к этой книге должно стать: "Женщинам 40+ читать обязательно!".На все вопросы, которые вы хотите задать об "элегантном" возрасте и (да!) о старении – автор отвечает с подкупающей искренностью и достоинством, нежной заботой и неиссякающим французским жизнелюбием. Французское отношение к старению – это уважение и принятие, а постулат "еда – движение – самопознание" приобретёт живые и понятные очертания и в вашей жизни, которая изменится к лучшему, даже если вы просто прочтете эту книгу. По крайней мере, автор в этом убеждена.Мирей Гильяно не только отвечает на самые интимные вопросы, но и с прямотой задает свои каждой из читательниц. Ответив на них, можно не сомневаться – француженкой стать просто. А "элегантный" возраст – начало новой жизни.Мирей Гильяно, в прошлом глава американского филиала компании Veuve Clicquot ("Вдова Клико"), автор бестселлеров о здоровом образе жизни. Мирей родилась и выросла во Франции, после замужества переехала в США, где система питания и образ жизни коренным образом отличаются от французских. Она с истинно французским оптимизмом и юмором рассказывает о старении "со вкусом", делится опытом (и легкими рецептами изысканных блюд!) и… не рекомендует делать подтяжек. Именно так поступают настоящие француженки, утверждает Мирей.
Personne n’est jeune après quarante ans mais on peut être irrésistible à tout âge
После сорока невозможно оставаться молодой, но быть неотразимой возможно в любом возрасте
Mireille Guiliano
French Women Don't Get Facelifts
Published by arrangement with The Robbins Office, Inc.
© Mireille Guiliano, 2014
Табличка мер и весов
1 фунт 453,6 грамма
1 кварта 0,95 литра
1 унция 28,3 грамма
1 фут 30,48 сантиметра
1 дюйм 2,54 сантиметра
Прошлым летом один мой прованский друг – очаровательный, живой как ртуть постреленок трех с половиной лет, наполовину француз, наполовину индус, – сказал мне: “ты старая”. “Да, я старая”, – ответила я. Что еще я могла сказать? Ну, конечно, если тебе за сорок, для ребенка ты глубокий старик. Сконфуженный отец долго извинялся, но я, дожив до шестидесяти с лишним лет, не боюсь смотреть в зеркало. Путешествуя на TGV[1], я покупаю билеты для пенсионеров. Но я по-прежнему передвигаюсь стремительно.
Дело в том, что внутри я не ощущаю себя старой. По правде говоря, я вообще не думаю о возрасте. Хотя иногда я его чувствую…. И вижу. В душе я человек без возраста или, точнее сказать, того возраста, который внутренне ощущаю. Пересматривая старые фотографии, я будто путешествую по времени, пытаясь его обмануть. Я живу в этих фотографиях в настоящем времени.
Так вот, когда я путешествую на TGV, я понимаю, что счастлива как никогда. Не верите? Как правило, мы приходим в ужас при одной только мысли о приближении старости. Мы боимся в один прекрасный день почувствовать себя старыми. Но сегодня старик – это тот, кому девяносто, а не шестьдесят или даже семьдесят. И опять-таки я не одинока в своем убеждении, что в старости масса положительных моментов. Вот, например, я – одна из француженок своего поколения. Как класс мы, поколение между шестьюдесятью пятью и семьюдесятью годами, самые счастливые. Кто бы мог подумать. Эксперты объясняют этот феномен нашим жизненным опытом, который помогает нам сделать правильный выбор, – выбирать то, что хорошо для нас, либо довольствоваться тем, что мы имеем. И при этом неважно, женщина ты или мужчина. Естественно, в этом возрасте мы больше размышляем о самой жизни, чем о планах на жизнь. Мы не стремимся к карьерному росту, не планируем в корне изменить сферу деятельности. Наше социальное положение более-менее стабильно, мы твердо знаем, что нам нравится, и миримся с вынужденными ограничениями. И еще. Нам, женщинам, больше не надо ежемесячно проходить через ад менструаций и ПМС.
Я живу в США. Это страна с культурой, ориентированной на молодежь, а также на достижение определенных результатов. Старость часто преподносится в отрицательном свете. Это плохо? Одна моя приятельница девяноста четырех лет иногда жалуется мне: “старость – это полный отстой”. Да, но ведь нередко говорят, что быть подростком – “это полный отстой”. Глубокие старики вселяют в меня оптимизм, заставляя поневоле задуматься о том,
В возрасте между тридцатью и пятьюдесятью годами я думать не думала о старости или о том, что когда-нибудь тоже стану старой. Я жила преимущественно сегодняшним днем, много работала и пыталась получить от жизни максимум. Хотя, справедливости ради, я в то же время старалась помнить о здоровом образе жизни. Я написала четыре книги на эту тему, в трех из них сделан акцент на том, как наладить правильное и полноценное питание, а заодно изменить отношение к самой себе. Я поделилась с читательницами уроками, которые вынесла из собственного опыта. Но всё это – только часть того, что называется
Долгожительство заложено у меня в генах, и я хочу знать, как противостоять старости, чтобы наслаждаться ей в полной мере. И я знаю, что не одинока. Моя приятельница никогда не думала, что доживет до девяноста четырех и не готовилась так, как это буду делать я. Я думаю не столько о том, как прожить подольше, сколько о том, как хорошо выглядеть и сохранить здоровье через десять, а то и через двадцать лет.
