Французская демократия полностью

Это еще не все: крупному землевладѣльцу необходимо, напримѣръ, разводить парки, аллеи, оранжереи, вырывать пруды, – короче, ему необходимо увеличивать мертвое пространство: въ этомъ выражается его роскошь. Нерѣдко такой самодуръ расходуетъ на глупую страсть уничтожать почву гораздо болѣе, чѣмъ цѣлый округъ на устройство и поддержаніе путей сообщенія.

По даннымъ статистики можно считать, что количество всякаго мяса, рыбы, дичи, которое потребляется во Франціи, составляетъ до 900 милліоновъ килограммовъ, то есть по 22 1/2 килогр. въ годъ на человѣка или по 62 грамма въ сутки. Цѣны на мясо бываютъ различны, смотря по качеству и вырѣзкѣ кусковъ – отъ 1,20 фр. до 3,60 фр. за килограммъ говядины, отъ 0,90 до 2,20 фр. за баранину и телятину, и отъ 1,40 до 1,60 фр. за свинину. Предполагая даже, что, въ будущемъ порядкѣ взаимнаго обезпеченія и равенства, общее количество ежегоднаго потребленія мяса не увеличится, то 62 грамма или полъ–ливра въ сутки на крестьянское семейство все‑таки лучше, чѣмъ ничего: этого количества мяса достанетъ, по крайней мѣрѣ, на то, чтобы имѣть подобіе супа и не хлебать горячую воду. Но не то дѣлается теперь во Франціи, гдѣ точно такъ же, какъ въ Англіи, Фландріи и Голландіи, всякій имѣющій средства покупать мясо, потребляетъ его въ большомъ количествѣ: такимъ образомъ, считая даже, что во Франціи потребляютъ мясо 12 милліоновъ чел., окажется, что отъ мясной пищи воздерживаются болѣе 25 милліоновъ.

По вычисленіямъ видно, что во Франціи ежегодно выдѣлывается до 30,000,000 гектолитровъ вина. Изъ этого числа, 5 или 6 милліоновъ обращаются въ водку и почти такое же количество вывозится за границу. Такимъ образомъ, для вседневнаго потребленія остается только 20,000,000 гектолитровъ, т. е. 50 литровъ въ годъ на человѣка, или говоря лучше по стаканчику въ день на человѣка. Вотъ почему каждый, выпивающій въ день болѣе одного стаканчика заставляетъ другаго воздерживаться отъ вина.

Здѣсь я считаю нелишнимъ представить приблизительный счетъ ежедневнаго расхода парижскаго рабочаго на свой обѣдъ:

Составимъ теперь разсчетъ – во что обойдется столъ, разумѣется не милліонера, а просто достаточнаго и скромнаго буржуаза:

И такъ, какъ мы видимъ, одному человѣку вовсе не тяжело ѣсть за пятерыхъ: все дѣло въ томъ, чтобы платить. Но теперь насъ занимаетъ вовсе не этотъ, а другой вопросъ. – Существуетъ ли какая нибудь экономическая независимость между этимъ неравенствомъ отношеній и свободною торговлею? Всякій, кто мало мальски разсуждаетъ и не забылъ того, о чемъ мы говорили на предъидущихъ страницахъ, согласится вполнѣ со слѣдующимъ выводомъ, который я выражу въ нѣсколькихъ словахъ:

Въ обществѣ, основанномъ на истинно–демократическихъ началахъ, въ обществѣ, гдѣ, вслѣдствіе гражданскаго и политическаго равенства, заявляется неудержимое стремленіе къ уравненію богатствъ, представляется только одно средство поддержать тунеядство и неравенство наслажденій; это средство заключается въ томъ, чтобы связать вмѣстѣ: 1) централизацію; 2) налоги (см. выше гл. I); 3) государственные долги; 4) крупную монополію (анонимныя компаніи желѣзныхъ дорогъ, горныхъ заводовъ, газоваго освѣщенія и пр., должность маклеровъ и пр.); 5) несолидарность или экономическую анархію; 6) свободу лихоимства и 7) свободу внѣшней торговли.