— Возможно, директор собирался посмотреть, как ты его ослабишь, а потом добить. — Киаран пожал плечами. — Честно говоря, не представляю, чего он пытался добиться, лишив тебя достойного обучения с самого детства. В потенциале ты обладаешь таким же уровнем сил, как и эти двое или мы с лордом Блеком, так что весь вопрос в практике и умении оценивать ситуацию. Первая же ошибка в поединке, как только что ты видел сейчас, оказывается и последней.
— А кто и в чем ошибся? — я с недоумением взглянул на аврора.
— Я. Я использовал слишком мощное для меня заклинание, и в ту секунду, пока мои силы только восстанавливались, лорд Блек успел вернуть мне Дыхание Хаоса, сумев превратить уже подготовленную атаку в защитные чары.
— Правильнее было бы использовать что-то менее мощное и изощренное, тогда, возможно, исход боя был бы другим. — Блек рассмеялся, закончив осмотр стен.
Щелкнув пальцами, волшебник вызвал нескольких домовиков и приказал им начать ремонт потрескавшейся кое-где каменной кладки.
— Все всё увидели, господа и дамы? — Грюм развернулся к своим бойцам. — Увидите подобную ауру, сразу отходите на дистанцию и бейте издалека Непростительными, Адским огнем, но не приближаетесь. На близком расстоянии такая аура как у лорда Блека просто превратит вас в прах, если вы не успеете среагировать. А сейчас проверим, кто из вас потянет выполнить Дыхание Хаоса, раз уж наш французский коллега его только что продемонстрировал.
— Аластор, мы с Гарри и Киараном будем держать канал, мне как-то дорог мой особняк, — захохотал Сириус, делая мне знак подойти к камню-накопителю.
* * *
Спустя мучительно долгие полтора часа, в течение которых мы вчетвером подпитывали трещавшие от нагрузки камни, удерживавшие вдали от стен смертельно опасные всплески Дыхания хаоса, я наконец выбрался на поверхность и с помощью портключа отправился обратно в Париж, мне потребовались несколько экзотических старинных томов, которые вполне могли продаваться в тамошних лавках совершенно легально, поскольку законодательство Франции было гораздо менее строгим с посвященной темным искусствам литературой, в Англии же за такие книги вполне могли выдать пару лет Азкабана. А учитывая политику Фаджа, которого в этом всячески поддерживал дражайший Дамблдор, — в дальнейшем ситуация в Англии только ухудшилась бы для всех семейств, практикующих темные искусства.
Посетив несколько книжных лавок, хозяева которых в ответ на мои вопросы только с недоумением разводили руками, я решил немного отдохнуть и подкрепиться, поскольку сегодня мне предстояло, как я подозревал, обойти все книжные лавки магического квартала, а до ужина в доме Делакуров было еще немало времени.
На этот раз мой выбор пал на ближайшее кафе, «La vieille maison», с тяжелой полустершейся вывеской, плавно покачивавшейся на ветру, с потрескавшейся от времени массивной дубовой дверью, тихо скрипнувшей за моей спиной, закопченными стропилами под потолком и неповторимым ароматом старины, окутывавшим любого, кто заходил в такое заведение. Легко было представить, сидя под толстыми деревянными балками, поддерживавшими крышу, что на дворе стоит четырнадцатый век, и вот-вот в грохнувшую дверь войдет, придерживая у бедра длинный меч, какой-нибудь крестоносец в белой котте с красным крестом.
Хозяин кафе, которое хотелось назвать трактиром, а его самого — трактирщиком, пузатый, краснолицый мужчина, чье объемистое тело плотно обтягивал белоснежный фартук, принял мой заказ на легкие закуски и сок, и молча растворился в темноте внутренних помещений. Я закрыл глаза, на секунду вообразив, что вот сейчас скрипнет дверь, и в свете трещащих факелов появится...
— Вы позволите? — прервал мою нежданно разыгравшуюся фантазию нежный женский голос.
Открыв глаза, я с удивлением обнаружил стоявшую возле моего столика девушку с черными вьющимися волосами, одетую в зеленое, не слишком скромное платье.
— Вы единственный, кроме меня, посетитель «Старого дома», — сказала девушка, смущенно улыбаясь, — а я не люблю ужинать в одиночестве. Надеюсь, я вам не помешаю?
Невзирая на некоторую двусмысленность прозвучавшей фразы, уроки этикета брали свое, и я рассыпался в уверениях, что столь милая девушка не может помешать благородному человеку вкушать скромный ужин. Отодвинув для девушки стул, я предложил ей присоединиться ко мне за столом, сделав знак трактирщику, чтобы он принес меню для моей нежданной сотрапезницы.
— Меня зовут Аманда, — мелодичное контральто девушки очень гармонировало с ее мягкими чертами лица, которые окружали вьющиеся длинные волосы. — Аманда де Траль.
— Гарольд Бриттон, — ответил я, приступая к еде и раздумывая, насколько случайной может быть эта встреча. Пока что получалось, что я никому еще не помешал во Франции настолько, чтобы для меня был огранизован персональный компромат.
— Вы давно во Франции, мсье Бриттон? — Аманда изящно откусила кусочек мяса, нанизанный на вилку.
— Почему вы думаете, что я приезжий? — Усмехнулся я.
— У вас еще сохранился незначительный акцент, — девушка, прищурясь посмотрела на меня.
