— А мистер Малфой подтвердил обвинения Нотта? — Вкрадчиво спросил я. — И готов ли мистер Нотт принять Веритасерум, чтобы подтвердить подобное обвинение?
— И что вы сделали дальше, Лорд Поттер? — Браун не позволил себя сбить с толку.
— Я создал огненный кнут, охватил им шею Нотта и сказал, что если кто-то хоть словом оскорбит мою семью — получит вызов на дуэль в соответствии с кодексом. После этого, поскольку у мистера Нотта пропал дар речи, за него извинился мистер Малфой, и я принял извинения.
— То есть, насколько я понимаю, вы руководствовались в своих действиях кодексом, лорд Поттер? — спросил меня Браун, доброжелательно улыбаясь.
— Именно, — я спокойно встретил взгляд директора. — Я не считаю, что даже школьник имеет право безнаказанно оскорблять других людей. И как член Попечительского совета подниму на следующем заседании вопрос о том, какие грубейшие упущения в деле поддержания дисциплины в Хогвартсе допускает нынешний директор.
— Что вы имеете в виду, мистер Поттер? — мне показалось, что Дамблдора от ярости хватит удар.
— При поступлении в школу Хогвартс всем ученикам заявляют, что они обладают равными правами. Однако же вы, директор Дамблдор, на словах поощряя и поддерживая маглорожденных учеников в школе, на практике не делаете ничего, чтобы избавить их от ущемления их прав и обучить их хотя бы минимальной волшебной культуре.
— Что вы называете ущемлением прав маглорожденных?!
— Хотя бы то, что с первого по четвертый курс тот же мистер Малфой регулярно называл мисс Грейнджер грязнокровкой, а мать мистера Уизли — жирной свиньей, живущей в свинарнике, за что ни разу не был награжден хотя бы дисциплинарной отработкой.
— Директор Дамблдор, — Браун развернулся к сидевшему в кресле разозленному волшебнику, — я не вижу в поступке лорда Поттера состава преступления. В случае, если бы заклинание лорда Поттера нанесло физический ущерб мистеру Нотту, я был бы обязан вмешаться. Учитывая, что лорд Поттер является учеником только формально, а в действительности имеет статус главы рода Поттеров, он не подлежит ответственности за использование боевых заклинаний, если они не причинили вреда другим людям.
— Я думаю, инцидент на этом исчерпан. — Я поднялся с кресла, палочкой убрав его. — Мое почтение, директор, профессор.
Издевательски вежливо поклонившись, я вышел из кабинета.
20.12.2013
Глава 51. Защита от темных искусств.
10 сентября 1996 г. Вторник
— Простите, профессор Слагхорн, — я спокойно зашел в кабинет зельеварения, который при новом профессоре расположился значительно выше подземелий, недалеко от апартаментов нового учителя. — Меня задержала профессор МакГонагалл.
— Все в порядке, лорд Поттер. — Слагхорн буквально смаковал мой титул, довольный тем, что у него обучается маг со статусом главы рода. — Проходите и присаживайтесь на свободное место.
Я прошел к свободной парте в углу кабинета, за которой не сидели ни мои новые однокурсники-питомцы Флитвика, ни гриффиндорцы. Место оказалось удачным — моими ближайшими соседями оказался Корнер, с которым у нас не было особых конфликтов, и Падма Патил, к которой я испытывал определенную симпатию, как к разумной девушке. Рон же и Гермиона сидели на первой парте, на противоположном конце класса.
— Как вы можете видеть, — специально для меня, как я понял, повторил Слагхорн, — в этом классе собрались не только имеющие оценку «Превосходно» по зельеварению за прошлый год, но и те, кто имеет «Выше ожидаемого». Причина проста. В отличие от моего уважаемого коллеги и бывшего ученика, я не считаю, что базовый курс зельеварения является уделом избранных и наиболее талантливых. Впоследствии, когда вы окончите Хогвартс и кто-то из вас пожелает учиться Зельям дальше — тогда, на правах учеников Мастера, вы получите доступ к действительно сложным и опасным рецептам. Сейчас же, даже несмотря на внешнюю сложность стоящих перед вами задач на моем предмете — вы будете работать всего лишь с ученическими рецептами, допускающими определенные неточности при варке.
Класс зашумел — слова Слагхорна разительно отличались от того, что нам в головы вдалбливал Снейп, утверждавший, что «тонкое искусство варки зелий недоступно стаду болванов».
— Профессор, — поднялась рука Грейнджер. — А почему вы говорите, что только в статусе учеников Мастера мы сможем работать с по-настоящему сложными рецептами?
— Мисс... Грейнджер? — Порылся в памяти Слагхорн. — Говорят, вы на втором курсе сварили Оборотное зелье... Я приведу вам простейший пример. Допустим, часто применяющееся в последний год в госпитале Мунго зелье, снимающее последствия заклятия Круцио. Оно весьма эффективно, создано много веков назад неизвестным, увы, алхимиком из числа темных магов. При всех преимуществах использования этого зелья, при неудачной варке оно вызывает аналогичные с Круциатусом ощущения, причем как у выпившего, так и у попавшего под капли от взорвавшегося котла.
