Французская магия (гет) полностью

— Жив, — горячие губы прижались к моей щеке, Флер не смутило даже то, что я был испачкан в саже и крови, словно какой-то погорелец.

Осторожно я обнял жену, наслаждаясь теплом, окутавшим меня от ее прикосновения.

— Спасибо, мистер Браун, — Флер улыбнулась отсалютовавшему аврору. — Приходите как-нибудь к нам на чай.

— Сочту за честь, миссис Поттер, — ухмыльнулся Браун, который, как я точно знал, обладал почти полным иммунитетом к вейловским чарам. — Позвольте откланяться.

Аврор исчез, а я, с помощью Флер, направился наверх, в нашим комнатам.

— Сильно досталось? — в голосе девушки звучала боль.

— Жить буду, — поморщился я. — А вот Сириус ранен серьезно. Он поймал какое-то неприятное проклятье от Вольдеморта.

Рука Флер сжалась сильнее.

Доведя меня наконец до спальни и свалив мое безвольное тело на кровать, Флер легкими взмахами палочки уничтожила мою куртку и рубашку, пощадив только перевязь с зельями.

— Я ожидала худшего, — успокаиваясь, протянула девушка. — В основном ожоги и сильнейшее истощение.

Спустя некоторое время, посвященное восстановлению моих сил, в комнате возник домовик, принесший письмо.

Конверт, изготовленный из состаренного пергамента, причудливые завитушки на буквах, горящий живым огнем герб на сургучной печати. Герб Аврелия Цимуса.

Для гарантии вытащив из сундука толстенный том заклинаний, я начал последовательно проверять письмо на чары. Впрочем, спустя полчаса никаких наложенных чар не обнаружилось, исключая заклятье, не позволяющее вскрыть письмо никому, кроме адресата. А учитывая, что к заклинанию изящно и совершенно непредставимо для моего разума прикреплялось нечто, очень похожее на чары адского огня... я бы не позавидовал постороннему, рискнувшему вскрыть почту лорда Аврелия.

«Лорд Поттер, мои поздравления вам и вашей молодой жене, - изящный почерк Аврелия Цимуса нельзя было спутать ни с чем, — а также поздравления лично вам в связи с восстановлением в правах главы рода. В последние месяцы в моем замке гостит интересный человек, о котором мы с вами беседовали во время прошлой встречи, Он близко знаком с вашими достойными родителями и в особенности с вашим достойным дедом, Чарльзом Поттером. Если у вас выдастся время, и он, и я будем рады побеседовать с вами о делах, связанных с временем смерти вашего деда и бабки. Мой гость планирует провести у меня в замке ближайшие десятилетия, так что я не стану настаивать на вашем скорейшем визите.

Аврелий Цимус, великий магистр Темной магии и некромантии».

— Гость лорда Цимуса, это Николас Фламель, — пояснил я Флёр, которая читала письмо, устроившись сзади и прижавшись грудью к моей спине. — Они вместе занимаются каким-то масштабным исследованием.

— Интересно, что могло потребоваться великому алхимику от английского лорда, — протянула Флер, прижимаясь ко мне все крепче.

— Я не знаю, — резко развернувшись, я подхватил на руки свое сокровище, усадив девушку к себе на колени. Взгляд широко распахнутых глаз Флер, всегда такой доверчивый и нежный, не вязавшийся с образом гордой и сильной девушки, вызывал у меня нежность.

— Я говорил, что люблю тебя? — Моя ладонь скользнула по гладкой щеке девушки.

— Говорил, — довольная улыбка была мне ответом, — но я не против услышать это еще раз.

— Хитрая моя, — я слегка потянул за светлую прядь волос. — Я люблю тебя.

* * *

— Сегодня наступил перелом в войне, — в хриплом и все еще слабом голосе Сириуса смешивались боль и удовлетворение.

Обвешанный целительными артефактами и лежащий в постели, волшебник был бледен, но выглядел невероятно довольным.

— Что ты имеешь в виду? — Ремус с беспокойством смотрел на друга, которому в бою досталось так, что Слагхорн и Алика Гринграсс провели возле него несколько часов, восстанавливая полученные магом обширные внутренние повреждения.

— Гарри почти на равных бился с Вольдемортом, — ухмыльнулся маг и, неловко двинувшись, зашипел от боли. — Правда, я слегка ослабил змеемордого, но в целом Гарри готов, по крайней мере по силе, чтобы решить вопрос раз и навсегда.

— А по умению? — Нахмурившийся оборотень внимательно слушал друга.

— Если бы он сейчас один на один дрался с Вольдемортом, тот растер бы его в мелкую пыль минут через пять, — слишком уж опытен этот подонок, — поморщился Блек. — И сегодня, если бы не пришедшие авроры, нас бы уничтожили.