снова запел голос, —
Голос явно принадлежал какому-то клыкастому троллю.
– Прекратите сейчас же! – рявкнул Серебур. – Выключите музыку!
Голова Морица высунулась из-за полок.
– Почему?
– Потому что это очень прилипчивая мелодия, – проворчал лис. – Она въедается в мысли и заставляет отказаться от борьбы. Известная тактика клыкастых троллей.
Серебур сунул нам под нос свой план. Выглядел он странно. Лис своей неуклюжей лапой нарисовал на листе бумаги какие-то круги и закорючки.
Мы с Морицем в недоумении их разглядывали, пытаясь разгадать, в чём тут смысл.
– Понимаете? – спросил лис. – Это, конечно, непросто, но, если мы сделаем так, как я тут написал, всё пойдёт как по маслу. Надо только знать, какой подземный тоннель ведёт к выходу. Я тут всё указал. Теперь вам надо это дважды переписать, тогда у нас будет три плана.
– Три плана, – пробормотал Мориц. – А тут всё точно?
– Естественно, – отвечал лис. – Я чемпион мира по рисованию планов. Фрау Волле от них в восторге. Они ей часто помогали.
– Ну-ну, – буркнул Мориц.
– Что значит «ну-ну»? – спросил лис.
– А то, что нам не так легко разобрать твой план, как фрау Волле, – объяснила я.
– Как же так? – Серебур наморщил нос. – Вы же ходите в школу, неужели вас не учили читать планы?
– Учили, но у тебя очень странный почерк.
– Ну, возможно, – сказал лис и сунул нам с Морицем карандаши. – А теперь – переписывайте. Когда закончите, отправимся на поиски.
Две золотистые саламандры открыли запор белой двери в комнате потерянных любимцев. Серебур уверенно провёл нас по лабиринту между полок и поглядел в щёлку двери: нет ли опасности. Затем он широко распахнул дверь и сделал нам знак следовать за ним.
Мы опять оказались в сапфирово-синем коридоре. Золотистые саламандры превратились в золотые стрелки. Тёмно-зелёный ковёр у нас под ногами был таким же мягким, как вчера. И, как и вчера, казалось, что коридор тянется бесконечно.
Нам с Морицем нелегко было поспевать за лисом, но мы не могли пожаловаться, ведь он запретил нам разговаривать в коридоре.
– Ведите себя тихо, как мышки, – предупредил он. – Чем позже они нас обнаружат, тем лучше.
Пройдя до конца коридора, мы оказались перед лестницей, которая круто спускалась вниз, словно вела в загробный мир.
Мориц обнял Фидибуса, а я покрепче ухватилась за перила. Серебур остановился и обернулся – убедиться, что мы следуем за ним. Он поднял план повыше и ткнул лапой в какую-то закорючку. Мы не поняли, что он имел в виду, но послушно кивнули и зашагали вниз по лестнице.
Чем ниже мы спускались, тем более жутким становилось подземелье: грязные стены, обрывки паутины, пыльные ступени. Лишь посередине на ступенях не было пыли – там, где клыкастые тролли бегали вверх и вниз своими маленькими ножками.
В стенах были ниши, как в церкви. Но стояли там не статуи святых, а фигуры детей, похожие на набитые чучела. Маленький толстый мальчик в коротких штанишках, с белым ёршиком волос на голове и с перепачканным шоколадом лицом. Кареглазая девочка в красном цветастом летнем платье – у неё были тугие чёрные косы, а рот тоже испачкан шоколадом. В руке она держала большую надкусанную шоколадку. Возле каждой ниши висела латунная табличка.
– «Мелисса – Ассилем, седьмое сентября две тысячи шестого», – прочитала я.
А рядом с мальчиком было написано: «Аксел – Леска, 13 апреля 2001».
Мы с Морицем, пока спускались, успели насчитать четырнадцать имён.
Мелисса – Ассилем
Аксел – Леска
Ноел – Леон
Селина – Анилес
Мирко – Окрим
Марсел – Лесрам
Оле – Ело
Макси – Искам
Ида – Ади
и так далее.
Нам сделалось не по себе: если бы с Морицем не было Фидибуса и если бы лис не шёл впереди, мы бы ни за что на свете не решились спуститься по этой лестнице.
В самом низу от лестницы расходились три тоннеля.
На уровне колена были таблички с названиями: «Верхний» вёл направо, «Нижний» – налево, а «Средний» – прямо.
Лис сверился со своим планом. Повертел листок так и эдак, словно сомневался, какой тоннель выбрать. Мориц посмотрел на таблички, потом наклонился ко мне и тихо проговорил:
Лис хлопнул себя лапой по лбу:
– Конечно! Как я сам не догадался!
Склонив друг к дружке головы, мы обсудили шёпотом, как поступить дальше.
Лис был убеждён, что клыкастые тролли спрятали радиоприёмник в среднем тоннеле.
– Поверьте мне, им известно это правило, и они знают, что вам тоже. Так что лучшего места не найти. И не бойтесь: смертельных опасностей в Бедокурии нет.
– Всё равно мне страшно, – сказал Мориц.
– Это даже хорошо. Страх делает тебя осторожным. Фрау Волле всегда говорит: опасенье – половина спасенья.
– Но…
– Никаких «но». Клыкастые тролли хитрые, лукавые, злобные и подлые, но ведь они в четыре раза меньше вас. Так что – смело вперёд!
