Говорит Пайк: «Фредди просто сказал: „привет“ — и выглядел не очень дружелюбно. Я знаю, что со звездами часто бывает трудно. И подумал, что это именно тот случай. Атмосфера не улучшилась, когда вошли в дом. В одной из комнат он остановился и заметил, что потолок слишком низкий. Я предчувствовал, что хлебну с этим парнем горя. Я ему хотел сказать, что сам отделывал дом и что даже если он Фредди Меркьюри, мне не нужны замечания. Он внезапно помахал рукой, сказал: „шутка!“ — и начал смеяться. Я невольно засмеялся тоже. С этого момента я понял, что он отличный парень». Меркьюри приезжал к Пайку регулярно недели на две. Пайк вспоминает: "Фредди полюбил остров. Он говорил: «Когда я здесь, я могу побыть самим собой».
Для суперзвезды, чья жизнь-гонка, это была настоящая возможность отдохнуть. Пайк: "Было приятно видеть его счастливым. Мы много времени проводили вместе. Меня привлекала в нем простота. Многие в роке все время строят из себя звезд. Фредди никогда этого не делал. Я как сейчас вижу его лицо, когда он спрашивает меня, не надоел ли он, или что я думаю о его пластинке. Он ничто нс принимал как должное и не страдал высокомерием.
Однажды, когда он и Монсеррат Кабалье записывали песню «Barcelona», двое из съемочной группы не смогли сдержаться и расплакались. Возвратившись в отель после шоу, Фредди вел себя как маленький мальчик, несмотря на то что ему полчаса назад устроили овацию. Он меня спрашивал в тот вечер — действительно ли мне понравилось? Я уверен, что он не напрашивался на комплименты, а хотел удостовериться еще раз, что все в порядке.
Фредди был очень человечным, внимательным и хотел, чтобы его любили. В ту ночь мы проговорили до восьми утра. Он был взволнован шоу, размахивал руками. Когда разговариваешь с Фредди, беседа протекает без пауз и неловкого молчания. Он волшебным образом вовлекал тебя в разговор и был прирожденным рассказчиком. Один из самых замечательных анекдотов, которые я слышал, — рассказ о его приключениях в Африке. Он ехал в кузове «лендровера», и за ним погналось стадо слонов, которые начали толкать машину из стороны в сторону. Чтобы защитить себя, Фредди начал кидаться яблоками — единственным, что было в этот момент под рукой. Он рассказывал так живо, что эта история и сейчас стоит у меня перед глазами.
Фредди никогда не рассказывал анекдоты сидя. Он вставал и представлял все в лицах. Мы часто собирались вокруг бассейна, и он начинал что-нибудь играть для нас. Несмотря на то что Фредди любил веселить, он был довольно стеснительным. Он никогда не навязывал свое мнение окружающим, скорее наоборот — готов был уступить. Если Фредди рассказывал что-то слишком громко, а в комнате были люди, общавшиеся между собой, он останавливался, чтобы спросить: «Извините, я не мешаю?» Он также был очень внимателен к простым людям. Люди его положения обычно не обращают внимания на повседневные заботы окружающих. Фредди был совсем другим. Он помнил имена всех, с кем встречался, дату их рождения и род занятий. Некоторые утверждают, что Фредди был одинок. Я не замечал этого. Если он был один, значит, хотел одиночества. Все, кто с ним встречался, даже случайно, любили его. Он меня приглашал на пару своих вечеринок, и я не задумываясь принимал предложения. Потому что я знал: где Фредди, там всегда весело.
Впервые здесь, на острове, Фредди преодолел боязнь воды. Однажды я уговорил его прогуляться со мной на лодке. Первое путешествие на лодке было на Isomele de Sel, бывший соляной завод, превращенный в ресторан с замечательным видом на море. Фредди немного нервничал, но потом успокоился. Постепенно он привык, и мы выходили в море регулярно. Обычно он загорал, пил «Pimmis Number One» или шампанское и слушал музыку. Однажды мы даже плавали на другой остров, который называется Форметерра. Его друзья не могли поверить, что это произошло.
Фредди любил брать от жизни все. Он работал за десятерых и пел, выкладываясь полностью.
Его любили все. Многие нс переносят гомосексуалистов, но, встречаясь с Фредди, они не испытывали отрицательных эмоций. Он умел очаровывать людей.
Фредди любил хорошее вино — как белое, так и красное. У меня не самые лучшие в мире повара, но я никогда не слышал, чтобы он жаловался. Он всегда говорил: «Это прелестно, дорогуша».
Однажды Фредди и Элтон Джон собирались организовать вечеринку. Но произошла ссора в баре между менеджерами Элтона и Фредди, и эту идею пришлось оставить. Фредди был очень огорчен и зол. Немного погодя, он подошел ко мне и сказал: «Через четыре дня мой день рождения. И я хочу устроить самую потрясающую вечеринку, которую когда-либо видел этот остров». И он устроил. Было около семисот гостей, сорок семь артистов и фейерверк, который могли видеть с любой точки острова. В эту ночь я открыл 350 бутылок отличнейшего французского шампанского. К утру не осталось ни капли.
