Кстати, есть булини и на больших парусниках, но там задача у них другая. При курсе бейдевинд булинями оттягивают вперед наветренные шкаторины прямых парусов , чтобы они не заполаскивали на ветру… Уф… – Мотя утомленно задышал.
– Ох, вы мне столько рассказали. Спасибо, – устало вымолвил Вася.
– Не стоит благодарности… – И Мотя почему-то запечалился.
– М-ур-р? – вопросительно сказал Василиса. Он иногда лучше людей чувствовал человечьи печали. И гномьи…
– Что с вами, Модест Мокроступович? – встревожился и Вася.
– Да так… Вот подумал… Вы скоро пойдете в плавание. Хотя и не по морю, по озеру, но все-таки… А я до конца дней должен сидеть в этом заколдованном пространстве. Корабль прогнил, друзья -гномы разбрелись кто-куда…
– А вы хотели бы поплавать с нами?
– Хотеть-то хотел. Но мне не выбраться из этого заснувшего сказочного мира…
– Вы же волшебник!
– Здесь мое волшебство бесполезно. Надо, чтобы кто-то другой придумал заклинание…
– Какое?
– Какое-нибудь… этакое. Необычное. Желательно стихотворное.
– Я попрошу Антошку Штукина. Он сочиняет стихи все лучше и лучше.
– В самом деле? Я был бы так счастлив… Ты меня, Вася обнадежил. За это я… вот… – Мотя опять щелкнул пальцами. И Вася…
Васю растолкала мама.
– Что это ты надумал спать днем? Ну-ка покажи свою "боевую награду"… Надо же! Исчезла без следа! Ладно уж, беги к своим "морским братьям", успеешь там еще поработать…
И Вася побежал! А Василиса мчался впереди, и хвост его трепал встречный летний ветер зюйд-вест.
Когда Вася и Василиса прибежали на двор к Матвею Петровичу, работа шла вовсю. Корпус швертбота был вытащен из сарая и лежал вверх днищем на двух поперечных бревнах.
Старенький, седой, но крепкий Матвей Петрович занимался непонятным и, по мнению Васи, опасным делом. Гудящим пламенем паяльной лампы водил по бортам и днищу.
– Яхта же сгорит! – перепугался Вася.
– Не сгорит, ежели действовать умеючи, – весело покряхтел Матвей Петрович.
Старая масляная краска пузырилась, Слава и Антон сдирали ее железными скребками. Ксеня замешивала шпаклевку из новой масляной краски и зубного порошка.
Яков Платонович был здесь же.
– А мы тут между делом все устройство швертбота изучили, – похвастался Антон.
– Я тоже изучил. С Модестом Мокроступовичем! – И Вася рассказал о недавней встрече с корабельным гномом.
– Скучно ему, бедняге, там, на своей развалине, – вздохнул Яков Платонович.
– Он к нам просится. Говорит, что надо придумать какое-то заклинание. В стихах. Чтобы выбраться из своей одинокой сказки и свободно гулять по белу свету. – При этом Вася посмотрел на Антона. Тот вытер пальцы о старые джинсы и солидно пообещал:
– Подумаем…
– Модест нам был бы очень полезен, – заметил Яков Платонович. – Он высокий специалист по морским узлам. Знает их все до единого. Я-то и десятой части их не знаю…
– А сколько всего морских узлов? – заинтересовалась Ксеня.
– Модест говорил как-то, что четыре тысячи. Но это было довольно давно. С той поры я прочитал, что моряки придумали еще несколько. Да и сам Мотя иногда развлекается тем, что сочиняет новые узлы. Правда, держит их в секрете…
Ксеня села на бревно и взяла себя за щеки перемазанными краской ладонями.
– Это же с ума сойти! Четыре тысячи с хвостиком…
– Для начала хорошо бы освоить хотя бы этот "хвостик". Узлов двенадцать-пятнадцать. Это необходимо всякому, кто отправляется в плавание.
– Почему же ты раньше не учил нас узлам? – обиделась Ксеня.
– Трудно учить сразу многому. Но и сейчас не поздно… Петрович! Найдется в твоем хозяйстве несколько кончиков, чтобы показать народу кой-какие узлы?
"Кончики" нашлись – несколько кусков толстых пеньковых веревок.
Когда отскоблили весь корпус, отмыли скипидаром руки и отчистили Славины шорты, в которых он сел на пузырящуюся краску, наступило время беседы.
Уселись на лужайке у сарая. А боцман Пёрышкин – на обрубке дерева.
– Расскажу вам о самых простых узлах…
Начинают обычно с прямого. Он похож на простой двойной узел, которым в повседневной жизни мы связываем веревки и шпагаты. Говорят "завязать на два узла". В морском деле такой двойной узел называется "бабий" и никогда не используется. ПРЯМОЙ узел похож на "бабий", но… Вот возьмите два кончика, начните вязать обычные "два узла", но в последний момент концы поменяйте местами, заложите их не по-привычному, а каждый с другой стороны. Это и будет п р я м о й узел. Им связывают тросы и лини одинаковой толщины…
Если же мы завяжем прямой узел не просто, а с петлей, это будет уже РИФОВЫЙ. Именно этим узлом вяжутся риф-штерты и риф-сезни, когда на парусах берут рифы. Узел хорош тем, что сам по себе не развязывается, но если дернуть за конец петли – распускается сразу. Это удобно, когда надо о т д а т ь рифы.
– Похоже на "бабий" узел с "бантиком", – сказал Антон.
– Похоже. Но не путайте их.
