Решительные и при этом пространные толкования, которые Фрейд обрушил на Дору, имели диктаторский оттенок. В первом из двух разоблачительных снов девушки речь шла о маленькой шкатулке с драгоценностями, которую мать хочет спасти во время пожара, но отец протестует, говоря, что спасать нужно детей. Слушая рассказ Доры, Фрейд обратил внимание на шкатулку с драгоценностями, которую мать, по всей видимости, так высоко ценила. Когда он спросил свою юную пациентку об ассоциациях, она вспомнила, что господин К. дарил ей подобную вещицу, довольно дорогую. Фрейд напомнил Доре, что слово Schmuckkästchen – шкатулка для драгоценностей – часто используется для обозначения женских гениталий. «Я была уверена, что вы об этом скажете», – ответила девушка. Мэтр не удивился: «Это значит, что вы это знали. Теперь смысл сновидения становится еще яснее. Вы сказали себе: «Мужчина преследует меня, он хочет проникнуть в мою комнату, моей «шкатулке для драгоценностей» угрожает опасность, и если случится беда, то виной тому будет папа». Поэтому в сновидении вы создали ситуацию, которая выражает противоположное, опасность, от которой вас спасает папа. В этой области сновидения вообще все превращается в противоположность; вскоре вы услышите почему. Тайна, однако, связана с мамой. Какое отношение к этому имеет мама? Она, как вы знаете, раньше была вашей соперницей в борьбе за благосклонность папы». Фрейд продолжает свое толкование еще на целую страницу – мать Доры будет заменена на госпожу К., а отец на господина К., и именно господину К. Дора готова подарить свою «шкатулку» в ответ на его необычный дар. «Итак, вы готовы подарить господину К. то, в чем ему отказывает жена. Здесь у вас мысль, которая старательно должна вытесняться, которая делает необходимым превращение всех элементов в их противоположность. Как я вам это уже говорил до этого сновидения, а сон вновь подтверждает, что вы пробуждаете прежнюю любовь к папе, чтобы защититься от любви к господину К. Но что доказывают все эти усилия? Не только то, что вы боитесь господина К., но и что еще больше вы боитесь самой себя, своего искушения ему отдаться. Стало быть, этим вы подтверждаете, насколько сильной была к нему любовь».
Фрейд не был удивлен реакцией Доры на свои рассуждения: «Разумеется, в этой части толкования ей участвовать не хотелось». Но вопрос не в том, было ли толкование мэтром сна Доры правильным или просто оригинальным. Главное – его настойчивый тон, его отказ принимать сомнения Доры иначе, как удобное отрицание неудобной правды. Таков был вклад Фрейда в полное фиаско.
Разумеется, неудача – признанная и непризнанная – является главной особенностью этого случая, но, как ни парадоксально, именно неудача способствовала тому, что он занял такое важное место в истории психоанализа. Как нам известно, Фрейд использовал его как пример применения толкования снов в лечении психоанализом и как подтверждение открытых им правил формирования снов. Более того, этот случай превосходно иллюстрировал сложность истерии. Однако одна из главных причин того, что в конечном счете Фрейд опубликовал историю болезни Доры, заключалась в его неспособности удержать трудного пациента.
В конце декабря основатель психоанализа анализировал второй сон Доры, который опять-таки подтверждал его гипотезу, что она все это время неосознанно любила господина К. Но в начале следующего сеанса Дора небрежно заявила, что сегодня пришла в последний раз. Фрейд воспринял неожиданную новость спокойно и предложил использовать этот оставшийся у них час для продолжения психоанализа, с новыми подробностями истолковав девушке ее сокровенные чувства к человеку, который ее оскорбил. «Она слушала, не пытаясь по своему обыкновению возражать. Она казалась взволнованной, самым любезным образом попрощалась с теплыми пожеланиями к Новому году и – больше не появилась».
