Городской фактор в гораздо большей степени, чем феодальная раздробленность, повлиял на раздел стран и в то же время сильно изменил феодальный строй, чем вызвал уже известное нам удивление Оттона из Фрейзинга, сторонника монаршей власти и весьма искушенного в вопросах вассальной зависимости. С раннего средневековья города полуострова развивались быстрее, чем где-либо, во-первых, потому что их было гораздо больше, и люди, особенно богачи и знать, привыкли в них жить; во-вторых, потому что там никогда не прекращалась коммерческая деятельность. Кроме того, с середины XI века возобновление перевозок по Средиземному морю пошло на пользу итальянским купцам, достаточно смелым и предприимчивым, чтобы заступить место византийцев (где давно уже наблюдался упадок) и мусульман. Сначала морской торговлей занимались некоторые из южных городов, например, Бари, Амальфи или Салерно. Затем наступила очередь крупных северных портов — Генуи, Пизы и Венеции. Вскоре торговля с Востоком потребовала установления контактов с другими регионами Запада — для поисков новых товаров и рынков, а также развития ремесел для превращения сырья в готовые изделия. Все это, происходившее в период демографического прогресса, дало итальянским городам, особенно городам королевства, сильный импульс для развития, что выразилось в росте населения, расширении и украшении самих городов, углублении научной и художественной мысли, упрочении городской культуры, обогащении и усилении правящих классов в купеческой среде.
Естественно, эти классы постарались прибрать к рукам общественную власть. Путем переговоров или силой они добились сначала фактически, затем юридически передачи им графских полномочий, что позволило им полновластно править в городах.
Они сместили прежнее руководство, прежде всего, сеньоров-священников, а также светских маркизов и графов, действуя то при поддержке короля, то вопреки ему, а иной раз и попросту его игнорируя: все эти формы поведения стали возможными благодаря длительной борьбе за инвеституру — конфликту между папой и императором. Эти классы объединялись в коммуны или общины, а население связывало себя клятвами и формировало различные союзы для борьбы за свои права. Во время этих сражений и социальных перемен феодализм лишился главных центров господства, тем более, иго каждая едва созданная коммуна потребовала себе юрисдикцию на все графство, то есть на соседнюю с коммуной территорию (
Прежние органы городского управления уступили место новым учреждениям, которые в середине XII века уже имели почти одинаковые полномочия в большинстве городов королевства.
Главным учреждением стало общее собрание граждан,
Впрочем, консульское правление — за исключением, пожалуй, Милана и Кремоны, где различные социальные группы также участвовали в создании консульского корпуса — находилось в руках аристократии, состоявшей из богатых купцов и знати, связанных общими интересами и брачными союзами (что, возможно, помогало людям незнатного происхождения стать рыцарями, как это отмечает Оттон из Фрейзинга). Почти во всех городах
Таким образом формировалась новая Италия, которая во многих из своих областей и в самых подвижных и сильных структурах уже не являлась феодальной. Конечно, прежний строй кое-где еще сохранялся, например, в альпийских областях — Пьемонте, Верхней Ломбардии, Трентино, горных районах Романьи, в Умбрии, Сабинии и герцогстве Сполето. Но и здесь он подвергся изменениям, взять хотя бы общественное сознание, которое больше не формировалось на основе зависимости между сеньорами и вассалами.
