— …Террористическая атака готовилась Империей?
— …Вы планировали национализацию собственности наших кланов на Земле, в своей стране, когда здесь произойдёт переворот?
— …Скажи, ты правда настолько идиот, и веришь, что имперцы не «кинут» вас?
— …Какие гарантии дал император, тебе о них известно?
— …Нет, я не спрашиваю какие гарантии, я спрашиваю, знаешь ли ты, о чём именно речь?
— …Кто курирует связь вашего посольства с Союзом по текущему проекту переворота?
— …Хорошо. Сейчас я буду называть имена людей. Просто отвечать, да или нет, является ли этот человек связным с Союзом по вопросу текущего переворота на Венере…
Мы бились более часа. Я взмок. Васильева тоже была на чёрта похоже, держалась на волевых — она девочка закалённая, плюс её обучали лучше меня.
— Отпускать его? — с надеждой бросила она плотоядный взгляд. С надеждой, что я — грёбанный гений, и всё понял. А я понял хоть и многое, но ни хрена не достаточно для того, чтобы считать вечер окупившимся. И второй попытки не будет — не дадут. Только одна, только сегодня! А потому переходим к плану «Б».
— Нет, — вымученно покачал ей головой. — Сеньор не хочет контактировать с нами добровольно. А значит, нам нужно убедить его это сделать. Нет ничего лучше подготовленной импровизации, и нет ничего лучше добровольного сотрудничества, в необходимости которого тебя горячо убедят. Верно говорю, уважаемый сеньор?
Мистер Смит побледнел. Уже было поверил в свою удачу, что легко отделался. Впрочем, сам себе я даю мягкую оценку — я очень гуманный допрашиватель. Вытащил из подготовленной папки до боли знакомые всем корпусным малолеткам предметы — мотиваторы. Света нахмурилась и улыбнулась.
— Помоги сеньору их надеть, — елеем по ране попросил я.
— Да вы издеваетесь! Да вы вконец…
Напрасно мистер попытался решить дело силой. Пара ударов, и вот уже «герой», отважно прыгнувший на спину хрупкой марсианской девушки, лежит скрюченный на полу. Ирония кроется уже в словосочетании «хрупкой марсианской». Марсианки те ещё лошадки, в корпусе их видно сильно издалека. Как впрочем и за его пределами.
— Вы за это заплатите! Ты за это дорого заплатишь, сучий выродок! Завыл он, когда смог вдохнуть.
— Вот теперь верю! Вот теперь вы искренни, мистер Смит! — довольно улыбнулся я. — А то всё непонятно чего из себя корчили, франта какого-то. Что ж, начнём? Поднимайтесь!
— Бегом встал, я сказал! — заорал я, включая разряд на семьдесят процентов.
Подскочил, как миленький! И сел назад, на диван. А это что? Слёзы из глаз? Боли и обиды? Да, когда иллюзии разбиваются это больно, согласен. Особенно если это были иллюзии могущества.
— А теперь чётко и по делу, — продолжил я, сразу беря жёсткий тон. — Варианты ответа: «Да» и «нет». Промедление с ответом — удар током. Первый вопрос. Канада участвует в проекте Союза по организации переворота на Венере?
— ..Канада участвует в проекте Империи по экономической аннексии Венеры?
— …Называю имена сотрудников посольства. Да/нет, данный человек является куратором Союза? Второй атташе Стивенсон… Первый секретарь Фалькон… Второй секретарь Гринвич…
— …Какие банки участвуют в переправе средств по имперскому проекту? Да, ты не ослышался, это вопрос, тут надо отвечать, а не да/нет. Что, не можешь говорить? А так? Да, так лучше, правда? Ещё раз активировать на полную мощность? Нет? Тогда вставай, хватит валяться, не спящая красавица, и начинай говорить. Итак, Банк Онтарио — участвует в имперском проекте? Банк Либерти?..
— Ты знаешь, кто летит на пассажирском лайнере Х-787-23? Нет, я не спрашиваю имя. Меня интересует, является ли этот человек организатором террористической атаки на школу Кандиды де Хезус? А если вот так? Всё равно не знаешь? Ладно, следующий вопрос…
Девочки выпроводили этого сукиного сына. Приказал довезти куда-нибудь поближе к посольству и оставить в любой адекватной кафешке. Я со своей закалкой был как выжатый лимон, а дохлик мистер Смит вообще не мог стоять на ногах. А ещё слегка заикался. Но оно того стоило! Я сделал это! Узнал всё, что хотел. Правда, сам мистер знал далеко не всё, что мне было интересно, но даже те вопросы, ответы на которые получил, стоили сегодняшней импровизации.
Васильева проводила гномиков до машины и вернулась. Села рядом, прижавшись горячим бедром. Диванчики узкие, так специально. С надеждой выдавила:
— Рассказывай. Я уже поняла, что всё это было не зря… Но надо понимать, насколько.
— Тебя не уберут в народное хозяйство, не бойся, — покачал я головой. — Ты выполняла мой приказ, а я — абсолютный хищник, решением совбеза.
— Дурачок! — вздохнула она, и в голосе проступила нежность.
— Не они стоят за атакой. — Ладно, хватит о соплях. Большая девочка — справится. — Но они активно в движухе участвуют. Я даже слово точное не могу подобрать, просится только вульгарное, но ёмкое «движуха».
— Переведи, — покачала она головой.
