Если же остров будет нашим… — Картинно вздохнул. — Сеньор, Венера слишком слаба в плане наземных войск. Мы больше по войнам в космосе, в вакууме. При вторжении наверняка сильно огорчим экспедиционные корпуса, но вот самим высаживаться в Мозамбике у нас точно не хватит ресурсов. Вы в любом случае выигрываете в том, что не нужно держать рядом с островом многочисленные войска, и не важно, останется Венера сильной, или даст слабину. В этом и смысл — между двумя плохими вариантами я предлагаю менее плохой в сравнении. Ну и в обмен мы щёлкаем по носу ставленников Китая и Верховного совета Союза у нас тут, в Альфе, — постучал по столу, — и получается, мы вместе отсрочим войну между вами ещё более.
— Боюсь, в нашем обществе как раз обсуждается война с вами, а не с Востоком… — потянул он, нервно сцепив руки в замок.
— После нашего вторжения в Европу, дон Карлос, ваши эксперты и аналитики передумают, и будут всячески «топить» за войну с другим противником. Мы вам покажемся… Слишком невкусными.
— Так уверен в ваших силах в будущем? — хмыкнул он и снова пронзил взглядом, собираясь принять решение не просто о том, как поступить здесь и сейчас, в этой ситуации, но о том, как взаимодействовать нашим государствам далее в принципе. По моей спине прошёл холодок, но отступать было некуда.
— Перед тем, как её величеству стало плохо, — поддержал тему я, хотя как бы не был уполномочен обсуждать эту тему, — мы обсуждали вопрос о том, как нам расшевелить Венеру. Сейчас это ленивая заплывшая жиром планета, но мы работаем над тем, чтобы она стала злее, стала способна на резкие поступки. Мы мобилизуем не только экономику, но и менталитет, сеньор Хименес. Решение об этом принято, так можете и передать шефу и императору. А значит, даже если не будет меня, мы всё равно будем удивлять всех. Европу. Союз. Канаду. Удивлять так, что вы не захотите с вами связываться. Ручаюсь!
— Канаду? — А тут он напрягся.
— Президент Андерсон нарывается, — мило улыбнулся я. — Я знаю, вы хотите взять их под крылышко, но англосаксы пытаются играть свою игру, и она нам надоела. Фрейя не против немного их наказать, и это, сеньор Хименес, не является предметом торга.
— Так резко берёшь старт? — понимающе усмехнулся он. Снова увидел перед собой бахвалящегося щенка. — Хотя пока я не видел ничего, чтобы пойти тебе навстречу.
— Сеньор, скорее всего мы отдадим вам Канаду, — признал я. — Тут решаю не я, я всего лишь сообщаю настрой в совбезе. Просто Канада будет не высокомаржинальным мировым производственным кластером, а разорённым нищим аграрным активом, который вам самим придётся отстраивать, а поначалу какое-то время выкармливать с ложечки… Если вы этого захотите, конечно же. И если не передумают сами канадцы. И это не подлежит обсуждению уже потому, что в данный момент эта страна — наша сфера влияния. Пока ещё наша, — поправился я, но по сути сказал верно. — Мы кормили и поили её, строили в ней бизнес. Это НАШ бизнес. И мы отдадим вам англосаксов только уничтожив в нём наши технологии и производства, нашу собственность. Согласитесь, это честно.
— Что мне в тебе нравится, Хуан, это прямолинейность, — снова заулыбался старикан. — Я просто не хочу с тобой спорить. Ты сам понимаешь, что в любой политике и в любой дипломатии цель — поиметь партнёра. Обобрать. Да, мы хотим обобрать вас, забрав ваши североамериканские активы. Но я доведу до сведения императора позицию вашего королевского дома, и, мне кажется, учитывая ваши родственные связи… Это будет справедливо. Империя не настолько слаба, она и сама построит на тех территориях, что захочет, без вас. А этим северным выродкам будет полезно получить ремнём по заднице — слишком уж высоко задрали нос.
— Сеньор, я не правомочен вести переговоры о Канаде! — на всякий случай оговорился я, понимая, что влез в игру не своего уровня, на которую благословения мне не давали.
— Конечно, я понимаю. Всё останется сугубо между нами, как наша частная беседа, — понимающе улыбнулся и склонил голову сеньор.
Вариант с «Эльдорадо» просчитывался настолько, что старикану не пришлось запрашивать Землю для согласования. Видимо он имел такие полномочия заранее, получил их ещё до нашей встречи. Ибо вся эскадра, и крейсер, и эсминцы, синхронно изменили курс, включив полный форсаж, через восемь минут после нашего взлёта — мы успели приземлиться на дворцовой палубе, но с меня ещё не до конца сняли тяжёлый скафандр.
Что ж, операция по обороне дворца начинается!
Возле штаба меня ждали. Некий скользкий сеньор, открыто заявивший при первой встрече сегодня утром, что имя его знать мне не обязательно, а я его могу называть, как хочу. В системе дворцовой безопасности он имел всего лишь номерной позывной «шестьдесят шестой». Ну хоть номер легко запоминаем.
— Сеньор стажёр Веласкес, у меня есть новости.
— Так быстро?
— Да. Информация подтвердилась.
Учитывая, какую работу он выполняет у Сирены, разговаривать в штабе не лучший вариант. Доверяю операторам и помощникам, но не настолько. И я обратился к идущей по коридору «старой деве»:
— Где Сюзанна?
