Это было у моря, где ажурная пена,Где встречается редко городской экипаж…Королева играла – в башнях замка — Шопена,И, внимая Шопену, полюбил ее паж.Было все очень просто, было все очень мило:Королева просила перерезать гранат,И дала половину, и пажа истомила,И пажа полюбила, вся в мотивах сонат.А потом отдавалась, отдавалась грозово,До восхода рабыней проспала госпожа…Это было у моря, где волна бирюзова,Где ажурная пена и соната пажа.<p>Терцина – Колибри</p>В твоих губах есть тайный уголок,Исполненный неизъяснимой сласти,Где ток бежит от головы до ног.Изнемогая от избытка страсти,Лианой приникаешь ты к груди,И если я в твоей покуда власти —В моей, в моей ты власти впереди!<p>Твое утро</p>С постелиВстала.На голом телеДымится алоИ стынет сон.Улыбки дрожкоСтрекозят крылья,В глазах – умилье,Еще немножко, —И под уклон!<p>Хабанера</p>
Синьоре Za
Вонзите штопор в упругость пробки, —И взоры женщин не будут робки!..Да, взоры женщин не будут робки,И к знойной страсти завьются тропки…Плесните в чаши янтарь мускатаИ созерцайте цвета заката…Раскрасьте мысли в цвета закатаИ ждите, ждите любви раската!..Ловите женщин, теряйте мысли…Счет поцелуям – пойди, исчисли!..А к поцелуям финал причисли, —И будет счастье в удобном смысле!..<p>Вадим Шершеневич</p><p>Принцип академизма</p>Ты, грустящий на небе и кидающий блага намкрошками,Говоря: «Вот вам хлеб ваш насущный даю!»И под этою лаской мы ластимся кошкамиИ достойно мурлычем молитву свою.На весы шатких звезд, коченевшийв холодном жилище,Ты швырнул мое сердце, и сердце упало, звеня.О уставший Господь мой, грустящий и нищий,Как завистливо смотришь ты с небес на меня!Весь ваш род проклят роком навек и незримо,И твой сын без любви и без ласк был рожден.Сын влюбился лишь раз, но с Марией любимойЭшафотом распятий был тогда разлучен.Да! Я знаю, что жалки, малы и никчемныВереницы архангелов, чудеса, фимиамРядом с полночью страсти, когда дико итомноПрипадаешь к ответно встающим грудям!Ты, проживший без женской любвии без страсти!Ты, не никший на бедрах женщин нагих!Ты бы отдал все неба, все чуда, все властиЗа объятья любой из любовниц моих!Но смирись, одинокий, в холодном жилищеИ не плачь по ночам, убеленный тоской,Не завидуй, Господь, мне, грустящий и нищий,Но во царстве любовниц себя упокой!<p>Сергей Есенин</p><p>«Выткался на озере алый свет зари…»</p>
