«Смотрите», она провела линию от прадеда, «здесь начинается наша врачебная династия. Михаил Андреевич — военный хирург, потом дедушка Андрей, папа… А здесь», она нарисовала веточку пониже, «буду я!»
Саша, уже в пижаме, но нежелающий уходить спать, тут же схватил карандаш: «И я! И я тоже!»
«Конечно», улыбнулась Елена, перебирая письма. «Знаете, что удивительно? В каждом поколении нашей семьи были такие моменты выбора. И каждый раз выбирали служение людям…»
«Вот», Андрей Михайлович достал ещё один документ, «свидетельство о присвоении звания заслуженного врача. Отец получил его уже после войны. А на обороте написал: „Главная награда — спасенные жизни“».
Мария бережно складывала письма обратно в шкатулку:
«Настя, милая, ты понимаешь теперь, почему это задание такое важное?»
«Да, мама», девочка прижала к груди прадедушкину медаль. «Это не просто уроки. Это… это как будто разговор через время. С теми, кто был до нас…»
Сергей посмотрел на часы:
«Уже поздно, но завтра продолжим. Ведь это только начало — первые страницы нашей истории».
«А можно», Настя вдруг застеснялась, «я возьму в школу прадедушкино письмо? То, первое, с фронта? Хочу ребятам показать…»
«Возьми», кивнул Андрей Михайлович. «Только расскажи им главное — не про награды и звания. А про то, что каждый военный врач, в любое время, делает одно великое дело — спасает жизни».
Поздно вечером, когда дети уже спали, а старшие сидели за чаем, Елена достала еще один конверт: «А это я берегла для особого случая. Последнее письмо Михаила Андреевича. Он написал его незадолго до смерти.»
«Дорогие мои потомки», начал читать Андрей Михайлович. «Не знаю, кто вы и сколько вас будет. Но верю — дело наше продолжится. Потому что нет на свете ничего важнее, чем спасать жизни. И нет счастья больше, чем видеть в глазах спасенного человека отражение собственной души.»
За окном догорал осенний день 2024 года. А на столе, среди писем и фотографий, лежал листок с домашним заданием, где значилось простое «составить родословную». Простое задание, открывшее дверь в большую историю. Историю семьи. Историю служения. Историю жизни.
«Товарищ подполковник», архивариус госпиталя, пожилая Анна Петровна, поправила очки, «вы только посмотрите, что я нашла!»
Сергей склонился над старой папкой. Настя, упросившая отца взять её в архив, затаила дыхание.
«Это же…», Сергей осторожно достал пожелтевшие листы, «протоколы операций моего деда, Сергея Николаевича. Посмотри, Настя, это почерк твоего прадедушки!»
Анна Петровна бережно перелистывала страницы:
«Сергей Николаевич был удивительным человеком. Записывал всё до мельчайших подробностей. Каждую операцию, каждый новый метод.»
«Смотрите!», Настя указала на запись на полях. «Тут какие-то схемы.»
«Да», кивнула Анна Петровна, «ваш прадед, Сергей Николаевич, был новатором. Эти схемы — его авторская методика проведения операций в экстремальных условиях. Многие его разработки спасли сотни жизней».
В архив вошёл Андрей Михайлович:
«А я думал, где вы все! Нашли что-нибудь интересное?»
«Дедушка!», Настя подбежала к нему. «Представляешь, мы нашли записи твоего папы, Александра Сергеевича! И дедушки Сергея Николаевича!»
Андрей Михайлович присел рядом с дочерью и внучкой:
«Помню, как отец рассказывал о своём отце — моём деде. Сергей Николаевич был не просто военным хирургом. Он создал целую школу полевой хирургии».
Сергей бережно перевернул страницу:
«Смотрите, вот запись от 1943 года. „Сегодня провели пятнадцать операций. Условия тяжелейшие, но каждый спасённый боец — это удар по врагу. Главное — не опускать руки и помнить: мы последняя надежда для этих ребят…“»
Анна Петровна достала ещё одну папку:
«А вот документы вашего отца, Андрей Михайлович. Александр Сергеевич продолжил дело своего отца. Посмотрите на его заметки о совершенствовании методов анестезии.»
Настя старательно записывала в блокнот:
«Получается, у нас целых четыре поколения военных врачей? Прадедушка Сергей Николаевич, дедушка Александр Сергеевич, папа Андрей Михайлович и ты, папа?»
«А вот здесь», Анна Петровна открыла массивный альбом в кожаном переплете, «групповые фотографии разных лет. Смотрите — военный госпиталь, 1944 год…»
На пожелтевшем снимке — группа врачей в военной форме. В центре — высокий мужчина с волевым лицом.
«Сергей Николаевич», тихо сказал Андрей Михайлович. «А рядом с ним — фронтовая бригада хирургов. Отец рассказывал, как они оперировали сутками.»
Настя водила пальцем по фотографии:
«А почему у них такие уставшие, но счастливые лица?»
«Потому что в тот день», Елена Александровна перевернула снимок, показывая надпись, «они спасли целый эшелон с ранеными. Тридцать шесть часов без перерыва.»
Сергей достал из следующей папки документ:
«Смотри, Настя — это приказ о награждении. Твой прадед получил орден за ту операционную сессию».
«А здесь», Андрей Михайлович указал на другую фотографию, «уже послевоенные годы. Александр Сергеевич с коллегами. Они создавали первые мобильные госпитали новой конструкции.»
Владимир Петрович, просматривавший документы, вдруг оживился:
