«Принять самые энергичные меры к вооружению пролетариата, а также к выработке плана вооруженного восстания и непосредственного руководства таковым...»
Настала тревожная осень 1905 года.
Империалистическая русско-японская война, затеянная царским правительством в погоне за новыми колониями и барышами, закончилась для самодержавия позорным миром. Поражение царских войск показало гнилость царизма широким массам народа. Большевистская партия считала вооруженное восстание для свержения самодержавия ближайшей задачей революции.
В ноябре вернулся в Россию Ленин и непосредственно руководил подготовкой вооруженного восстания пролетариата. Статьи Ленина в большевистской газете «Новая жизнь» являлись для членов партии практическим руководством в работе. большевика несли ленинские слова в массы.
Во всех промышленных центрах страны начались организованные выступления рабочего класса. Усиливалось и крестьянское движение. Во многих местах политические стачки и демонстрации переходили в баррикадные бои. Так было в Москве, Иваново-Вознесенске, так было и в Шуе.
Осенью 1905 года Фрунзе руководил в Шуе выступлениями текстильщиков. Одна за другой из подпольной типографии появляются прокламации, написанные Фрунзе. Эти прокламации, простым и ясным языком излагающие думы, надежды и ближайшие требования пролетариата, проникают на заводы, в цехи, в рабочие квартиры.
Возбуждение среди рабочих росло, и шуйская полиция обратилась к губернатору с просьбой прислать донских казаков. Подкрепление прибыло незамедлительно. Гарцуя на застоявшихся конях, по городским улицам прошли казачьи сотни.
— Ну, казаки теперь покажут, где раки зимуют,— говорили взволнованные рабочие.
— И казаки — люди, — успокаивал Фрунзе.
На партийном собрании он внес предложение:
— Установить связь с казаками и начать среди них революционную пропаганду.
Все понимали, что здесь нужна большая осторожность. Малейший опрометчивый шаг мог повлечь за собою провал.
Но Фрунзе уже давно присматривался к молодым рабочим-пропагандистам, посещавшим его кружок. Один из них показался ему наиболее подходящим. Фрунзе несколько раз побеседовал с ним, а затем, снабдив прокламациями, кратко сказал:
— Действуй!
Рабочий познакомился с вахмистром отряда Воротынцевым. После разговоров на общие темы перешли на политические. Вахмистр с сожалением заявил:
— Политика — дело темное... Я в ней никак не разберусь...
Побеседовав, агитатор подарил ему несколько брошюр.
Через несколько дней произошла новая встреча с вахмистром.
— Ну как, читали книжки? — спросил агитатор.
— Читал. Все в них правильно. Только жизнь не устроишь так, как там написано.
— Все можно, если взяться дружно... А другим казакам давал читать?
— Давал. Читали.
— Много у вас в отряде казаков, которые рассуждают так, как ты?
— Найдется человек пять-шесть.
По совету Фрунзе, все шесть казаков вместе с вахмистром были приглашены на беседу. Агитатор рассказал им о том, как живут рабочие и чего они добиваются.
Беседа прошла оживленно, и, окрыленный успехом, агитатор предложил устроить более обширное собрание.
Фрунзе задумался:
— Нужно быть осторожным. Тут может быть злейшая провокация...
На этот раз Фрунзе решил сам провести собрание.
Место сходки было выбрано на еврейском кладбище, на далекой окраине Шуи.
В тихий осенний вечер 1905 года, когда на небе медленно гасли краски заката, на могильных плитах расселось больше двух десятков казаков. Перед ними, опираясь на мраморный памятник, стоял молодой студент. С шумом носились галочьи стаи, заставляя оратора повышать голос.
Фрунзе говорил долго.
Казаки были явно увлечены ясной, разумной речью, затрагивавшей их за живое. Все наперебой задавали вопросы.
Внезапно Фрунзе спросил:
— Как вы будете себя вести, если вас пошлют разгонять рабочих?
Казаки повскакали с могильных плит.
— Поехать-то придется, но пороть рабочих не будем!
Под конец казаки обратились к Фрунзе с просьбой написать от их имени письмо есаулу с предложением изменить свое бесчеловечное отношение к подчиненным.
Это необычайное собрание позволило Фрунзе установить постоянную связь с расквартированными в Шуе донскими казаками. Были посланы пропагандисты также в караульную и конвойную команды. Когда связи укрепились, Фрунзе разработал план захвата арсенала с оружием.
Неожиданно казачьи сотни были спешно выведены из Шуи, а большинство солдат из караульной и конвойной команд заменены новыми. Какой-то провокатор выдал начальству план нападения на арсенал.
Полиция решила добраться до главного организатора «смуты». Она хватала рабочих без разбора. В ответ на полицейский террор боевая дружина стала снимать полицейских с постов, разоружать городовых и стражников.
Шуя. Сарай, в котором скрывался М. В. Фрунзе.
Подготовив организованное выступление рабочих в Шуе, Фрунзе по заданию партии выехал в Иваново-Вознесенск, где готовилась крупная демонстрация, Фрунзе предвидел, что борьба предстоит кровавая. Одному из своих товарищей он сказал:
— Я работаю над планами баррикадных уличных боев...
