– Ну вот, – довольный тем, что помог девушке правильно заполнить анкету, произнес парторг. – Теперь у тебя всё в порядке. Осталось только характеристику от комитета комсомола принести и получить поручительство за тебя двоих членов партии.
– Простите, а в чём должны поручиться за меня члены партии? – недоумённо спросила Леночка.
– В том, что ты не уронишь честь советского человека за границей.
– Конечно, не уроню, – горячо сказала девушка.
– Вот и хорошо. Я тебе верю, – улыбнулся ей парторг. – Но это должно быть зафиксировано на бумаге твоими товарищами. А если что-то у тебя пойдёт не так, что я, конечно, совершенно исключаю, то за твои неправомерные советскому человеку действия будут отвечать твои поручители. Так что ты уж постарайся! Не подведи людей!
– Но у меня нет товарищей среди членов партии. Мои друзья сплошь комсомольцы, – растерялась Леночка. – У кого же мне взять эти поручительства? – А может, вы дадите мне одно? – глядя на парторга своими невинными зелёными глазами, спросила девушка. – Я вас не подведу! Честное комсомольское!
– Ладно, уговорила, – вдруг согласился Яковлев. – Дам. А второе возьми у Кузнецова Павла Егоровича. Скажи, что я посоветовал.
– Огромное спасибо, – обрадовалась Леночка.
Заслуженный артист Кузнецов Павел Егорович, исполняющий в театре партии миманса, был замом Яковлева и, естественно, увидев первую рекомендацию, подписанную самим парторгом, не задумываясь, поставил свою закорючку.
– А я сегодня уже анкету для выезда сдала, – похвасталась Леночка маме за вечерним чаем. – Представляешь, даже партийные рекомендации получила.
– Это зачем? – удивилась Вера Константиновна.
– Так положено, – важно ответила дочь. – Надо, чтобы за каждого отъезжающего кто-то из членов партии поручился.
– Понятно.
– А некоторые до сих пор ещё заполняют все эти листки, – рассмеялась Леночка. – У Кати Новиковой, например, целых шесть родных теток! Представляешь, сколько информации несчастная Новикова должна написать о них, их мужьях и многочисленных двоюродных сёстрах и братьях? Тут не один день понадобится!
– Это что же? – удивилась Вера Константиновна. – Даже о них надо докладывать?
– А как же! Вдруг кто-нибудь из них сидит или в секретной организации работает. Хуже всего, если во время войны в оккупации был или в плену. В этой анкете очень подробно обо всех родственниках расспрашивают, – сказала Леночка и, сделав глоток чая, добавила: – Я, мамочка, сегодня впервые подумала, как хорошо, что нас с тобой только двое!
– Это очень плохо, доченька, что нас с тобой двое, – грустно ответила Вера Константиновна.
– Конечно, плохо, – тут же согласилась дочь. – Но когда заполняешь такие анкеты, это невольно приходит на ум. У Зайцевой, например, родной дядя уехал в двадцатом году за рубеж и сейчас живёт в Австралии. Все просто уверены, что её из-за этого никогда никуда не выпустят.
– Так, может, ей лучше не надо и совсем о нём упоминать? – осторожно спросила мать.
– Как же она может не написать, если в анкете есть такой вопрос: «Проживает ли кто из ваших родственников за границей?», – удивилась Леночка. – Если Зайцева напишет «Нет», а потом выяснится, что она соврала, ведь её могут даже арестовать.
– Арестовать?
– Ну конечно! Нам когда анкеты выдавали, предупредили, что указанные неверные сведения могут повлечь за собой серьёзную судебную ответственность. Ведь это обман государства!
– Тогда конечно, – согласилась мать. – Государство обманывать нельзя!
В эту ночь Вера Константиновна долго не могла уснуть. Она в ужасе думала о том, что могло бы произойти, если бы Леночка узнала правду о своём отце. Ведь её девочка такая честная. Уж точно не стала бы скрываться, врать! Всё выложила бы, как есть, в этой анкете. Загубила бы себе жизнь. «Хорошо, что я так ничего ей и не рассказала», – думала Вера Константиновна, беспокойно ворочаясь в постели. Всегда чувствовала, что не надо этого делать. Она одна должна хранить эту тайну в себе и умереть вместе с ней. Никто никогда не узнает, что её муж был совсем даже не Савельев, а принадлежал древнему роду князей Белозерских.
Пётр рассказал ей о себе ещё перед свадьбой. Как сделал предложение, так и рассказал.
– Теперь ты знаешь всё, – сказал он. – Решай, выходить тебе за меня или нет.
Конечно, она вышла. Ведь она так любила его! А тайна, которая связала их с того дня на всю жизнь, заключалась в том, что жил Пётр по поддельным документам. Произошло это так.
В апреле семнадцатого года в поместье князя Белозерского неожиданно объявились солдаты. Ворвавшись в дом с устрашающими криками, они согнали всех, кто там был, в малую столовую, приставили к двери часового и, пока все в страхе терялись в догадках, что их ждёт, беспрепятственно бродили по помещениям и прихватывали себе что кому понравится в княжеских покоях. Прошло несколько часов, прежде чем к пленникам зашел солдат, видно, взявший на себя командование в этой непонятно каким образом сформированной бригаде. Отличался от других он только каракулевой папахой, устрашающим наганом да громким голосом, которым отдавал свои приказы.