Обычно я не переживаю в памяти прошлые романы, но вот сегодня, идя по Гайд-парку, мне вспомнилась Лора. Ей нравилось обедать в ресторане в центре парка; я несколько раз бывал там с ней. Одно воспоминание повлекло за собой другие. Почему же мы разошлись? Все шло так хорошо… Заходя в ресторан, я вдруг подумал, вдруг и правда встречу ее там. Но ее не было. Я занял столик у окна и заказал салат. Постепенно Лора вылетела у меня из головы. В конце концов, не рассчитывал же я, что мы и в самом деле увидимся. Как раз в это время, наверное, она и пришла.
Я стоял рядом с ней, мы смеялись и болтали, как старые друзья. Она немного изменилась: носила очки, да и стриглась покороче. Через несколько минут мы пересели за мой столик.
– Что ты здесь делаешь?
– А ты не догадываешься?
– Зашел пообедать?
– Ну да, и это тоже.
Мы посмотрели друг другу в глаза.
– И это тоже.
Мы заказали вина, чтобы выпить за встречу. Принесли что-то приторно сладкое, но нам не хотелось ругаться. Мы просто чокнулись бокалами, а остальное уже было не важно. За едой я пытался понять, как же я все-таки оказался здесь. Я был рад увидеть Лору, она, по-видимому, тоже. Может, нас обоих сюда привела надежда на воссоединение? Не просто же так на меня нахлынули воспоминания о прошлом. О чем я думал утром?… Увы, в памяти не вовремя образовался пробел.
– Как жена?
До сих пор про Изобель в разговоре не было ни слова. Я не ожидал, что Лора спросит.
– Да по-прежнему.
– И ты, я смотрю, тоже.
– За два года никто не меняется.
– Как знать.
– А ты как? На той съемной квартире?
– Нет, переехала. Один сосед стал совсем невыносим. Связался с наркотиками, к нам дважды приходила полиция с обыском… Теперь у меня своя собственная квартира. Пришлось влезть в долги, зато это надежно.
– Относительно надежно, – поправил я.
В северных городах тогда как раз начинался захват жилья.
– Лондон большой. Кому понадобится выселять меня из моей крохотной квартирки?
– Мы думаем так же.
– Ну, у вас-то милый домик в пригороде.
– Лора, я живу там, чтобы удобнее было добираться до колледжа.
– Ты говорил, что это единственная причина и что ты в любой момент готов все бросить.
Мы доели обед и заказали кофе. В разговоре стали возникать неловкие паузы. Я начинал жалеть, что встретил Лору; с другой стороны, она была по-прежнему красива. Я уже отвык от ее проницательного и понимающего взгляда, который одновременно манил и отталкивал. Сколько бы раз Лора ни вгоняла меня в отчаяние, мне ее постоянно не хватало. Из всех моих женщин Лора Маккин – самая незабываемая.
– Почему ты не уйдешь?
– Сама знаешь, почему. Дело в Салли.
– Ты все время так говорил.
– Потому что это правда.
Снова молчание.
– Ты совсем не изменился. Я ведь прекрасно знаю, что Салли – просто отговорка. На самом деле, тебе не хватает духу бросить Изобель.
– Ты не понимаешь.
Увы, она все понимала.
– Алан, – сказала Лора, – ты опять делаешь мне больно. И все-таки я хочу тебя.
– До сих пор?
– До сих пор.
Мы заказали еще кофе. Я порывался прекратить разговор и уйти, но это было не так-то просто. Как ни крути, все, что она говорила обо мне – правда. А в голове назойливо вертелось: вот бы еще разок с ней… Я начал представлять ее тело и как нам бывало хорошо вдвоем.
Лора, наверное, поняла, о чем я думаю.
– Не надо, Алан. Забудь.
– Снова читаешь мои мысли?
– Да. И все равно не могу придумать, как заставить тебя измениться.
– Увы.
– Я потратила на это слишком много сил. Вот почему я стала избегать встреч с тобой, ты понимаешь?
– Да.
– Ничего не изменилось.
И тогда я сказал, предельно просто и прямо, хотя еще час назад эти слова даже не пришли бы мне в голову:
– Я все еще люблю тебя, Лора.
– Я знаю. Отсюда и все неприятности. А я люблю тебя за твою трусость.
– Мне не нравится, когда ты так говоришь.
– Я говорю правду.
