Думаю, шанс у нас все-таки есть, но один. Сегодня восемнадцатое декабря. Если мы успеем изучить эти документы за семьдесят два часа и составить предварительный договор, мы представим его твоим дамам двадцать первого. Если они согласятся и подпишут его, мы пошлем наше предложение с курьером в тот же день самолетом в Нью-Йорк. Дадим «Арктурису» три дня на размышление. Значит, двадцать четвертого утром – последний срок в этом году, когда мы сможем с ними встретиться на заводе. Потому что последний рабочий день завода двадцать третьего. Мы не привлечем нашей встречей внимания рабочих. Я тебе прямо скажу, что если мы не сможем встретиться с руководством в этот день, то можно вообще забыть о нашей затее. После рождественских праздников они начнут вывозить оборудование, и уже ничто в мире не сможет их остановить. Следовательно, единственный наш шанс – это уложиться в этот срок. Я призываю тебя начать прямо сейчас, спать по очереди и недолго, когда ноги уже не будут нас держать. И если ты с этим не согласна, тогда большое спасибо за приглашение в Ларксдейл, вкусный ленч и позволь пригласить тебя на обед в следующем тысячелетии. Потому что тогда ты не та София, которую я приехал увидеть. Ну, что ты на это скажешь?
– Они не смогут дать реальный ход сделке до конца года.
– Это не имеет значения. В деловом мире существует негласное правило заканчивать все сделки до окончания года. Поверь мне. Все, что нам нужно, – это подпись их президента на нашем договоре, – усмехнулся он. – В конце концов, это все будет длиться очень недолго. Вечером в Рождество мы приедем домой на лимузине или просто выйдем из игры, – закончил он и легкомысленно помахал рукой, улыбнувшись. Милт остался Милтом. – Итак, твое решение?
Это был очень странный момент в моей жизни. Сердце билось как ненормальное.
– Господи, ты знаешь, как на меня нажать. Давай сделаем их.
Милт посмотрел на меня и хмыкнул.
– Я всегда знал, что у тебя есть хватка, – заявил он самодовольно и направился к коробкам.
О тех трех днях больше нечего рассказать. Мы вкалывали как лошади, ругались, ненавидели друг друга, отключались по очереди, так как глаза у нас периодически закрывались прямо во время споров. Во вторую ночь нам уже пришлось будить друг друга холодной водой. На третий день, когда мы были близки к завершению, мы ослабели и притихли. Милт с небритой физиономией был похож на детектива из французских фильмов. В моих спутанных волосах застряли застывшие капельки соуса от гамбургеров.
Это не были лунные ночи с розами, но они были лучшими в моей жизни.
А наш первоначальный вариант договора был еще лучше.
Я знала, что Милтон умен, но в то утро я обнаружила, что он просто неотразим.
Мы собрались у Марты в семь утра двадцать первого декабря. Нанятый курьер получил указание ждать нас в моем офисе в одиннадцать часов. У нас было три часа на то, чтобы убедить членов клуба в своей правоте и получить их подписи.
Милт сначала хотел, чтобы доклад делала я, но я отказалась.
– Клуб нанимает руководить проектом тебя, а не меня. К тому же эти женщины знают обо мне все, начиная с мокрых пеленок и кончая сегодняшним днем. Если они уже не выбрали меня, то это безнадежно.
Второй его идеей, тоже, на мой взгляд, не слишком удачной, было обращаться с ними с подчеркнутым уважением. Милт, работая адвокатом в Нью-Йорке, имел дело с президентами самых крупных компаний в мире, отстаивая их интересы в Верховном суде. Он решил, что очарует женщин, если будет относиться к ним с таким же почтительным уважением.
Разумеется, члены клуба прошли длинный путь со дня его основания, но они по-прежнему оставались в душе милыми обыкновенными домохозяйками Среднего Запада. У Милта хватило мозгов понять это по ходу встречи.
Он был в прекрасном настроении, чисто выбритый, подтянутый и очень располагал к себе. Милт только что обнаружил в финансовых документах то, что хотел: равную смесь вполне разрешимых проблем и достаточных внутренних резервов, чтобы их решить. Я тоже не обнаружила с юридической стороны никаких подводных мин. С чего бы ему было расстраиваться, когда пару дней назад он уяснил себе, что общая стоимость женского клуба составляет приблизительно 14,5 миллиона долларов благодаря акциям компаний «Делл» и «Майкрософт».
Спасибо тебе, Скай!
Милт предварительно раздал всем копии договора. Это было хорошее начало.
– Уважаемые леди, я не хочу, чтобы вы подумали, что я сомневаюсь в вашем умении быстро принимать решения, но время очень дорого. Я прошу вас все время помнить об этом. Я собираюсь ознакомить вас с нашим предложением. Затем я готов ответить на любые ваши вопросы, но только самые важные, – сказал Милт и кивнул в мою сторону. – София обрисовала вкратце мне вашу финансовую ситуацию. Поэтому вы можете что-то дополнить, если это необходимо. Но помните – у нас так мало времени, что счет идет на минуты.
Женщины углубились в предварительное изучение документа, а Милт выждал необходимое для этого время.
