Проблемой православного фундаментализма занимаются К.Н. Костюк, В.Н. Уляхин, A.M. Верховский и др. Существенный вклад в разработку этой проблематики внес сборник «Фундаментализм», содержащий статьи по проблемам различных форм фундаментализма А.Б. Волкова, З.И. Левина, М.Ю. Рощина, В.Н. Уляхина, С.Б. Филатова, P.M. Шариповой и др., в которых был сделан акцент на многоплановость фундаментализма. Актуальны материалы православных зарубежных и российских ресурсов, например издания «Public Orthodoxy» и сайта pravoslavie.ru, а также сайты и сетевые публикации православных митрополий, архиепископий, монастырей, братств, сестричеств и приходов.
Тему иудейского фундаментализма изучают отечественные исследователи А.Б. Волков, Г.Л. Баканурский, Р.В. Пашков и др.
Зарубежные труды, посвященные религиозному фундаментализму, многочисленны. Происхождение феномена исследуют такие авторы как Дж. Бар, Б. Лоуренс, Г. Харрис, Д. Дунбау, Н. Фурнис, Дж. Марсден, Дж. Батлет, Ч. Вудбридж, Б. Бич, Дж. Коен, Р. Дилней, Дж. Доллар, Э. Пикеринг, Б. Грэм, а также А. Генис, А. Тувинов, Б. Губман, А.Б. Зубов и др. Современный фундаментализм анализируется в сочинениях С. Хантингтона, К. Уолда, Г. Рормозера, П. Бьюкенена и др. Очень важно издание «The Fundamentals: A Testimony to the Truth» («Основы: Свидетельство об истине» в 4-х томах).
Однако, следует отметить, что в целом социальнофилософские особенности понимания религиозности в фундаментализме в отечественной литературе исследованы еще недостаточно полно и представлены преимущественно политологическими и религиоведческими исследованиями религиозного фундаментализма, по преимуществу исламского.
Наименее исследованными и слабо представленными в отечественной традиции являются идеологии политического и фундаментализма, а также этнонационального фундаментализма нерелигиозного характера. Например, философский анализ рыночного фундаментализма в отечественной академической литературе носит характер побочного дополнения к философско-экономическим темам, а многие влиятельные этнонациональные и этнорелигиозные течения (например, ланкийская Боду Бала Сена) в отечественной академической литературе вообще не представлены или лишь упомянуты, несмотря на их значимость в региональной политике.
Следует отметить, что контекстов подавляющего большинства представленных исследований является либо региональная социально-политическая ситуация, либо глобализация, в том время как современный глобализированный мир трансформируется в постглобалистскую форму. Контекст постглобализации, а также фрагментарность исследования феномена фундаментализма взывает к необходимости всестороннего исследования феномена фундаментализма в постглобалистскую эпоху.
Фундаменталистское мировосприятие не является с необходимостью строго религиозным. В эпоху глобализации появились фундаменталистские течения и учения, которые не носили строго религиозный характер, а вместо этого абсолютизировали в какой-то степени сакрализировали экономические или политические учения и идеологемы.
В своей статье «Будущее истории. Может ли либеральное общество пережить упадок среднего класса?» американский политолог Ф. Фукуяма, во многом полемизируя со своей собственной, прогремевшей под занавес Холодной Войны концепции конца истории, жалуется на отсутствие конкурирующего нарратива. «Отсутствие убедительного прогрессивного контрнарратива – опасно, поскольку конкуренция оказывает на интеллектуальные дебаты столь же благоприятное воздействие, как и на экономическую деятельность. А серьезная интеллектуальная дискуссия совершенно необходима, поскольку нынешняя форма глобализированного капитализма разрушает социальную базу среднего класса, на котором держится либеральная демократия»[7]. Это было девять лет назад. В настоящее время контранарратив сформировался и расцвёл, и, как это часто бывает, совсем не тот, который ожидал американский политолог, рассматривая в качестве возможных альтернатив масштабные глобальные проекты. Вместо этого развивается целая россыпь различных движений, идеологем и течений, основанных, в основном, на локальных и региональных идентичностях, либо глобальных, но затрагивающих только некоторые аспекты бытия, например, только экономику. Нарратив глобальной либеральной демократии столкнулся не с равномощным проектом, как это было на протяжении почти трёх четвертей XX века, а с сопротивлением пёстрой мозаики контранарративных и антинарративных идеологем и альтернативных взглядов, которые вместе сформировали концепт постглобализма.
