Когда экипаж приземлился, дверь открылась, и один из самых смертоносных фехтовальщиков, живших на свете, вышел из него.
Олдрик Меч был на полголовы выше даже Бернара, и передвигался с каким-то спокойным изяществом, без лишних движений. У него была пара мечей на поясе слева, меч Легиона и длинный клинок дуэлянта. Его по-волчьи серые глаза нашли Леди Аквитейн и он поприветствовал её кивком.
— Ваша светлость.
Позади него женщина в бледно-зеленом платье смотрела на них со своего места в экипаже, ее красивое, мертвенно-бледное лицо неуловимо контрастировало с темными волосами и глазами. Амара узнала Одиану, другого Рыцаря-наемника Аквитейнов.
Она склонила набок голову, изучая других, и Амара увидела, как ее платье пульсирует и как-будто на нем образуются водовороты, темно-красного и алого цветов, скользя по ткани, покрывающие ее плечи — тревожное зрелище.
Олдрик смотрел на них какое-то время, при этом не выпуская из поля зрения Амару и Бернарда.
— Слишком большой груз, миледи. Так не обогнать их рыцарей Воздуха.
Леди Аквитейн усмехнулась.
— Всего лишь четверо, — сказала она Олдрику.
— Графиня и я будем передвигаться вне кареты. Это предложение приемлемо, Графиня?
Амара кивнула, — Я, в любом случае, так и планировала.
Олдрик на мгновение нахмурился, затем медленно произнес, — Это не самое мудрое решение, миледи.
Я переживу испорченную прическу, спасибо, — ответила она, — Но я хотела бы услышать альтернативное предложение, если таковое у тебя имеется.
— Оставить одного из них здесь, — немедленно произнес Олдрик.
— Нет, — сказала Амара, тоном превратившим это слово в команду.
Когда Леди Аквитейн не выразила своего несогласия, Олдрик нахмурился еще больше.
— Мы отправляемся, — сказала Леди Аквитейн, — настолько дальше от города, насколько получится за день. Граф Кальдерон, мадам Ладья, пожалуйста, займите Ваши места.
Бернард взглянул на Амару, та кивнула ему. Ладья была одета в простое коричневое платье и она изменила свои черты, хотя показалось, что для этого ей понадобилось гораздо больше усилий, чем Леди Аквитейн.
Она все еще хромала и выглядела измученной — было заметно отсутствие воинственности в ее внешности, но она взошла в паланкин, используя собственные силы. Бернард и Олдрик повернулись друг к другу, обменялись взглядами, после чего Олдрик слегка поклонился и сказал: "Ваше Превосходительство".
Бернард хмыкнул, искоса глянул на Амару, и вошел на повозку. Олдрик последовал за ним и Рыцари Воздуха пристегнули полетные ремни к краям повозки, вызвав неизбежные вихревые потоки воздуха, поднялись в воздух, медленно, но верно набирая высоту
— Графиня, — сказала Леди Аквитейн, когда они были готовы лететь, — полагаю, вы уже были свидетелем воздушных боев прежде.
— Да.
— А я — нет, — сказала она сухо. — Решать, конечно, вам, но, думаю, мне стоит попытаться прикрыть нас.
Амара удивленно изогнула бровь, будучи впечатленной поведением горделивой Высшей Леди. Инвидия могла быть высокомерной, безжалостной, амбициозной, опасной — но только не дурой.
Ее предложение было стоящим.
— Такой огромный вихревой поток будет сложно спрятать.
— На самом деле, невозможно, если любой Рыцарь Воздуха окажется рядом. — Сказала Леди Аквитейн. — Но я думаю, мне удастся сократить наши шансы быть увиденными на расстоянии.
Амара кивнула.
— Идет. Занимайте позицию слева. Я буду справа.
Леди Аквитейн кивнула, скручивая волосы в узел и завязывая его на затылке.
— Пора?
Амара кивнула и призвала Цирруса, и две женщины шагнули с бойниц башни и устремились в предрассветное небо. Два одинаковых потока воздуха быстро поднимали их.
Они легко обогнали медленно поднимающуюся повозку и Амара заняла позицию справа от нее, между повозкой и направлением откуда приближались войска Калара.
До восхода солнца они достигли высоты в четыре тысячи футов, пейзаж под ними превратился в широкую живописную картину, все детали которой казались изображенными в миниатюре.
Если бы они продолжили подниматься и отважились бы довериться мощным ветрам верхних слоев, земля под ними больше всего напоминала бы одеяло, но на рассвете Амара всё еще могла видеть детали происходящего на земле — в частности, беженцев в пути к защите за стенами Цереса.
А за ними, на огромной скорости, маршировали по направлению к Цересу Легионы Калара. Большую часть пространства всё еще укрывала тень, но золотистый свет раннего утра, уже падал на колонну, отражаясь от их щитов, шлемов и доспехов.
Амара подняла руки, направляя часть сил Цирруса на преломление света, в результате чего расстилающийся под ней пейзаж можно было рассмотреть как под лупой. С помошью фурии она могла видеть отдельных легионеров.
Оба Легиона двигались быстро, слаженными и ровными рядами — отличительная черта опытных войсковых соединений. Это не был незаконный Легион, взращенный в тайне в диких местах, воспитанный из разбойников и негодяев.
