— И я не могу вам помешать. Полагаю, такая вещь, как врачебная тайна, не имеет никакого значения, когда ведется расследование преступления и я одна из подозреваемых?
— С вами очень трудно иметь дело. Полагаю, для вас это звучит как комплимент, — сказала Эбба, стремясь шуткой снять напряжение.
Однако Хелена оставалась серьезной.
— Уверяю вас, Эбба, вы подозреваете не того человека. Скоро я сообщу вам результаты анализов. После стольких лет я наконец узнаю правду. И если все так, как я думаю, то вы поймете, что я не имею никакого отношения к смерти Рауля. Конечно, все, что у вас есть, это мои слова, которым, как я вижу, вы не слишком доверяете, что естественно, если учесть вашу профессию, но больше я пока сказать не могу.
Эбба сделала глубокий вдох.
— Когда вы с Каролиной расстались по возвращении в город?
— Она ночевала у меня. Утром, когда я ушла на работу, она еще спала. Я не удивлюсь, если она до сих пор еще спит.
Эбба изучала ее лицо.
— Полагаю, у вас было время поговорить по дороге домой. О чем вы говорили?
Хелена пнула камешек мыском ботинка. Эбба поняла, что коснулась щекотливой темы. Впервые за этот разговор Хелена тщательно подбирала слова для ответа. Но она произнесла только одно слово:
— Обо всем.
Пейджер Хелены запикал в кармане. Она запустила руку в карман и отключила сигнал. Она явно испытала облегчение от того, что их разговор прервали.
— Зачем мне его убивать? Потому что он влюбился в Каролину? — покачала она головой. — У Рауля после знакомства со мной было много женщин. У меня не было бы свободной минуты, если бы я убивала направо и налево всех, с кем он спал. И кстати, его бы я, наверно, убила в первую очередь.
— Но никто из них не провоцировал вас так, как ваша сестра. Вы испытали шок, когда он предпочел вам Каролину. Это ее он выбрал в матери своих будущих детей. Кто знает, может, она уже беременна от него.
Лицо у Хелены вытянулось. Она хотела что-то ответить, но передумала и отвела взгляд. Больное место, подумала Эбба. За это она Рауля никогда не простит.
Спустившись на платформу, Эбба сразу увидела Сванте. Поезд как раз подъезжал, и она поспешила войти в один с ним вагон.
— Почему ты сбежал от меня в больнице? И что это за тайные анализы? — спросила Эбба, толкнув его в спину сзади.
Не дожидаясь ответа, она пошла дальше, высматривая свободное место.
— Подожди! Не так быстро! Я вчера потянул ногу на теннисе.
Опустившись рядом с ней, Сванте посмотрел на Эббу. Та его проигнорировала.
— Ты недолюбливаешь Хелену?
Эбба закусила губу.
— Хелена — законченная лгунья. И дело не в том, нравится она мне или нет.
— Вот оно как. А мне показалось, ты ее боишься.
— Чушь! Просто я не выношу людей, которые не воспринимают полицию всерьез. И информацию из нее приходится вытягивать клещами.
— Ну, ее можно понять. Ты же подозреваешь ее в убийстве.
— Послушай меня, Сванте. Тебе следует быть осторожнее с Хеленой. Не позволяй ей запудрить тебе мозги. Этой женщине нельзя доверять.
Но Сванте только рассмеялся и, нагнувшись, прошептал Эббе на ухо:
— Эбба, не смеши меня. Я знаю Хелену гораздо дольше тебя.
Эбба прикусила язык, чтобы не высказать все, что она думает.
— Только не говори, что вы встречались, — процедила она.
— Ревнуешь? — усмехнулся Сванте и поцеловал ее в щеку.
Эбба попыталась уклониться.
— Нет, не имел удовольствия покувыркаться в постели с Хеленой Мелкерссон, как ее звали, когда мы познакомились. Ты не так все поняла, Эбба. Хелена у меня защищалась. Она была моей студенткой. А я не сплю со студентками.
— Но хотел бы.
— Мало ли чего я хотел бы, — улыбнулся Сванте.
Эбба нахмурилась:
— Еще один вопрос, Сванте. Можно ли зачать спустя две недели после медицинского аборта?
— Ну, гинекология — это не моя специализация, но мне кажется, что теоретически это возможно. Конечно, аборт обычно сопровождается обильным кровотечением, но это не должно влиять на способность к зачатию. Ну и конечно, это зависит от времени овуляции у женщины.
Они приехали. Выйдя на платформу, Эбба отвела Сванте в сторону, чтобы их никто не слышал:
— Спасибо. У меня есть еще один вопрос, имеющий отношение к этому расследованию. Ты говорил, что Хелена интересовалась пробами тканей Рауля Либескинда. И она ждет результатов еще какого-то анализа. Не от тебя ли?
— От меня, — ответил Сванте. — Он как раз у меня в сумке. Анализ крови. Хелена только что мне его дала. Я пошлю его в лабораторию и узнаю ответ через пару дней.
— Что это за анализ?
— На отцовство.
Элегантно закинув ногу на ногу, Педер Армсталь сидел на клетчатом диване, ожидая прихода Эббы. На нем был тот же костюм, что и утром. Рядом сидел мужчина одних с ним лет, одетый так же стильно и дорого. На полу между начищенными до блеска ботинками стоял черный кожаный портфель. Эбба сперва подала руку Педеру, а потом его адвокату. Вендела уже ждала в кабинете. Включив диктофон, Эбба произнесла:
— Девятнадцатое октября, понедельник, тринадцать ноль-ноль. Допрос Педера Армсталя. Присутствуют: уголовный инспектор Вендела Смит-Флеминг, адвокат Сёрен Ярлевик. Пожалуйста, назовите ваши имена для записи.
