— Продолжим! — твердо произнесла она, ни на кого не глядя.
Рука со смычком больше не дрожала.
Им удалось записать квартет целиком. Луиза, надев наушники, села за режиссерский пульт с Яном, чтобы проверить качество звучания.
— Завтра перезапишем слабые фрагменты, — пообещал Ян, — но набирается их совсем немного.
Каролина, пританцовывая, вышла на террасу, Рауль — следом. Желающие могли видеть, что, направляясь к дому, за руки они не держались и только чуть соприкасались плечами. Но скрывшись из поля зрения наблюдателей, Рауль схватил Каролину и, прижав к стене бани, стал целовать. Каролина ответила со всей страстью, а руки проникли под рубашку и гладили его кожу. Рауль смущенно улыбнулся: кожа далеко не так упруга, как в молодости. Спустя мгновение, однако, эта мысль уступила место другой: разница в возрасте — не помеха для настоящего чувства.
— Люблю тебя, девочка моя, — прошептал он нежно.
— Я тоже тебя люблю! — подтвердила между поцелуями Каролина. — Я так хочу тебя!
Рауль огляделся:
— Пока нельзя, любимая! Здесь — нельзя. Подожди немного.
На лице его появилась довольная улыбка, а Каролина почти простонала:
— Ты не представляешь, как я хочу скорее убраться с этого острова и быть только с тобой! Не хочу ни на минуту расставаться!
Рауль погладил Каролину по волосам и поймал ее взгляд:
— Послушай, я не хочу больше притворяться и прятаться. Ты заметила, как Хелена нас сверлила взглядом? Бессмысленно разыгрывать дальше спектакль, и я хочу показать всему миру, что ты — моя!
— Вот как? — Каролина сделала вид, что серьезно думает над его словами. — А ты говоришь как взрослый мужчина!
Рауль улыбнулся в ответ. Молча убрал ее непослушный локон со лба, погладил девушку по щеке, затем по губам, едва сдерживая желание:
— Как же сильно я люблю! Даже думать не хочу, что придется провести еще одну ночь без тебя. Я запрещаю моей Каролине спать с Луизой в одной комнате! Никакой общей постели! Не хочу, чтобы она тебя касалась. Я ревную, Карро.
Каролина улыбнулась, польщенная словами Рауля.
— А мне не нравится, что Анна постоянно на тебя вешается.
— Но мы же с тобой об этом говорили, — напомнил Рауль, — когда-то давно мы были любовниками. Я не могу изменить прошлого. А она — забыть меня.
— Но трогать-то ее необязательно! Зачем к ней прижимаешься?
Рауль улыбнулся от мысли, что молодая и красивая девушка, которую он боится потерять, сама его ревнует.
— Ревнуешь, Карро?
— Нет. — Она как бы равнодушно пожала плечами. — А нужно?
— Разве я не говорил, что люблю тебя до безумия? Только тебя! — Он сжал руками ее плечи. — Сколько еще раз это повторить, чтобы ты поверила? Каролина, ты самая большая любовь в моей жизни!
В голосе Рауля, во взгляде было столько искренности и страсти, что Каролина залилась румянцем от смущения.
— Я тебя еще не простила за вчерашнее, — прошептала она.
Рауль покачал головой:
— Милая, я не ожидал такого и очень растерялся! Поворачиваюсь — она стоит в дверях. Совершенно голая. Зачем мне назначать тебе свидание в бане, а потом приглашать туда Анну?
— И ты устоял, не поддался на ее сексуальный призыв?
— Сотый раз повторяю: нет! Польщен, конечно, что ты видишь во мне неуемного плейбоя, но вынужден разочаровать: я был физически не способен на измену. И возраст не тот, и желания спать с чужой теткой нет. Зачем мне другая, если есть ты, Карро? Для меня существуешь только ты одна! — Рауль заглянул ей в глаза и страстно добавил: — Хочу, чтобы ночью мы спали вместе. Ты и я. Давай поселимся в ателье, чтобы не видеть никого. Ваша… то есть комната Луизы прямо под моей, и это раздражает безумно… и…
Он остановился, не решаясь продолжить мысль.
Каролина склонила голову набок:
— И?
Рауль кашлянул. Вид у него стал серьезный.
— Я должен тебе кое-что сказать, но успокойся сначала. Есть вопросы, которые нужно решить, чтобы планировать общее будущее. Это касается прошлого, о нем я тебе еще не рассказывал. И я хотел бы…
Каролина перебила затянувшуюся прелюдию Рауля:
— Говори же, в чем дело! Чего ты хочешь? Чтобы я нарядилась горничной и заковала тебя в наручники?
Она рассмеялась, представив, как это будет выглядеть.
— Каролина! — остановил ее Рауль, но вместо продолжения серьезного разговора стал покрывать лицо и шею девушки поцелуями, пальцами зарылся в шелковых кудрях.
Раулю все время хотелось касаться Каролины и вдыхать аромат ее тела. Она игриво подмигнула:
— А ты не хочешь нарядиться горничной?
Рауль рассмеялся:
— Как ты догадалась, дорогая? Именно этого я и хочу! — Голос его опять стал серьезным. — Пожалуйста, побудь серьезной пару минут. Я скажу тебе что-то важное. — Рауль намотал шелковистый локон на палец. — Ты так молода…
— А ты такой старый… — в тон ему ответила Каролина и принялась целовать любимого в щеки и глаза, доказывая этим, как сильно ее чувство.
— Да, вдвое старше. Скажи, это смущает тебя?
— Вдвое, ты сказал? Больше чем вдвое, Рауль! Да ты мне в отцы годишься!
Неприятно было слышать такое, сказанное даже в шутку: настоящая жизнь, как считал Рауль, у него только начиналась.
