..Я очень рискую показаться нескромным, но похоже, книжка, которую вы только что открыли — первая в своем роде на нашей одной шестой части суши. Спортивная журналистика не слишком-то чутко откликается на происходящие вокруг перемены. Если об экономических проблемах того же футбола мы говорим довольно много, то от политики стараемся быть как можно дальше. Отделываемся разве что статьями, похоже, по большей части "заказными", ратующими либо за проведение самостоятельных чемпионатов той или иной республики, либо за сохранение прежних устоев. Да еще подбрасываем что-нибудь о безобразиях во время матчей — как правило, состоявшихся в южных городах, причем в роли рассказчика чаще всего выступает кто-то из проигравших там земляков.И вот я, спортивный обозреватель самарской молодежной газеты, взялся за книгу. В последнее время я побывал во многих так называемых "горячих точках". Прифронтовой район Азербайджана, взволнованная столица Чечено-Ингушетии, загроможденная баррикадами Рига… Пестрая панорама происходящих здесь событий, конечно, станет достоянием историков. Но у меня были спортивные командировки. И на этих страницах речь пойдет всего лишь об одной грани нашей жизни.
Я понял, что напишу эту книгу, 12 октября 1991 года. В 18.57 по Москве. В ту самую минуту, когда увидел на экране своего «Рубина» переполненную чашу Лужников перед началом памятного матча с итальянцами.
Согласитесь, это была почти фантастическая картина — вконец перессорившиеся граждане дышащего на ладан государства вдруг на целый вечер превратились в полных единомышленников. Наверное, такое могло произойти только в одном месте — на стадионе…
Вот об этом и книга — футбол и политические страсти, футбол и межнациональные распри. «И»? А может быть, «или»?
…Я очень рискую показаться нескромным, но похоже, книжка, которую вы только что открыли — первая в своем роде на нашей одной шестой части суши. Спортивная журналистика не слишком-то чутко откликается на происходящие вокруг перемены. Если об экономических проблемах того же футбола мы говорим довольно много, то от политики стараемся быть как можно дальше. Отделываемся разве что статьями, похоже, по большей части «заказными», ратующими либо за проведение самостоятельных чемпионатов той или иной республики, либо за сохранение прежних устоев. Да еще подбрасываем что-нибудь о безобразиях во время матчей — как правило, состоявшихся в южных городах, причем в роли рассказчика чаще всего выступает кто-то из проигравших там земляков.
Возможно, от нас трудно требовать большего. Уютный островок спортивной журналистики долгое время находился все-таки немного на отшибе. Получая возможность общаться со звездами, сопровождать их на соревнования, мы волей-неволей становимся частицей того вакуума, который окружает спортсменов на протяжении всего сезона, сегодня почти «безразмерного». Тоже привыкаем считать самым главным только сборы, тренировки, победы, поражения, а ко всему остальному относиться, как к чему-то сопутствующему, второстепенному.
Нередко нас не понимают. И упрекают в легковесности. Возможно, и заслуженно. Ведь время заставляет выбираться с «обжитой территории», а это ох как нелегко…
И вот я, спортивный обозреватель самарской молодежной газеты, взялся за совсем другую книгу. В последнее время я побывал во многих так называемых «горячих точках». Прифронтовой район Азербайджана, взволнованная столица Чечено-Ингушетии, загроможденная баррикадами Рига… Пестрая панорама происходящих здесь событий, конечно, станет достоянием историков. Но у меня были спортивные командировки. И на этих страницах речь пойдет всего лишь об одной грани нашей жизни.
Собственно говоря, фактуру, как теперь оказалось, для книги, я начал накапливать задолго до 12 октября. А пошло все вообще с… названия. Весной девяностого, когда стало известно, что футболистам «Крыльев Советов» предстоит поездка в Азербайджан, я почему-то был уверен, что расскажу о ней именно под таким заголовком. «Футбол на линии огня» — это и сами матчи в прифронтовой полосе, и испытание на прочность, если хотите, на «живучесть», нашей любимой игры.
Одни главы были написаны специально для этой книги, другие уже увидели свет в «Волжском комсомольце» — это были отдельные, независимые друг от друга материалы, но на одну тему. Наверное, «газетного» в них все же больше, чем «книжного». Я не стремился «изменить» своей основной профессии, да и претендовать сейчас на какую-то обстоятельность, завершенность просто наивно — настолько «динамичное», как любил говаривать бывший Президент бывшего Союза, нынче время. С каким воодушевлением, например, работали мы в «Комсомольце» в тревожные августовские дни 91-го — искали самые бескомпромиссные темы, готовились даже выпускать не еженедельник, а листовки. Но, 24-го, после выхода «ВК» в свет, увидели плоды своего недельного труда, и немного огорчились: опоздали, жизнь уже ушла вперед… Если газеты устаревают еще в типографии, то на что может претендовать книга?!.
И тем не менее я надеюсь, что вы прочтете ее с интересом.
Нет-нет, в нас не стреляли. Сугубо мирному самарскому десанту не приходилось спасаться от погони, никого из куйбышевцев не брали в заложники — повода для тревог за себя просто не было.
Но цинковый гроб в аэропорту Гянджи мы видели. И с людьми, знающими о войне не только по рассказам ветеранов и кинофильмам, общались.
Так что — честное слово! — после той поездки наша пусть и убогая, но мирная самарская жизнь воспринимается совсем по-иному. И ругаем мы ее, и наверняка костерить будем еще долго, но…
Готовые на все тбилисские таксисты привычно атаковали только что простившихся с Аэрофлотом пассажиров.
— Отец, в Казах поедем? — в шутку бросил кто-то из наших пожилому грузину.
— Ты что, дорогой, там же бой идет! — «Отец», всплеснув руками, прямо-таки отпрыгнул в сторону. — Ни за какие деньги не поеду, знаешь!
