Нет, не прав был знаменитый советский писатель Лагин. Невозможно заниматься целенаправленной магией во время футбольного матча. Стадион - это бушующий шторм, бурлящий котел, клокочущий кратер Силы! Ежесекундно сотни и тысячи бешено вращающихся вихрей рождаются над головами игроков, судей и болельщиков, чтобы тотчас погаснуть. Сила окрашена преимущественно в темный цвет - здесь и злоба, и ненависть, и раздражение, и разочарование, но изредка этот клубящийся туман негативных эмоций в разных направлениях пронзают радужные разряды радости и восторга. Темный маг, попытавшись насосаться здесь отрицательной энергии, неминуемо ошпарится и потерпит неудачу, - вы пробовали напиться из кипящей кастрюли? Светлый маг, намеревающийся вкусить здесь амброзии лучистого счастья, тоже рискует сгореть и обуглиться, словно курильщик, забравшийся в поисках "огонька" в трансформаторную будку.
А любая целенаправленная магия, примененная Темным или Светлым магом, в этих условиях неминуемо будет закручена вихрем, смята и разорвана. Пожалуй, Антон рискнул бы приподнять штангу ворот на пару дециметров, опираясь на мощь заряженного под завязку магического жезла. Но результат гарантировать не стал бы. Н-да, Гассан Абдурахман ибн Хоттаб был велик! Не то, что нынешнее племя.
Поле тоже напоминает штормовое море. Красно-синие волны поминутно накатываются на половину хозяев - первая, вторая, третья... да когда же это кончится? Кажется, что игроки гостей и бегают быстрее, и борются за мяч активнее, да и располагаются на поляне целесообразней. По крайней мере, мяч практически постоянно находится у них, и они под недовольный ропот трибун продолжают атаковать. Хозяева же, одетые в мышиного цвета футболки, неуверенно отбиваются, пытаются изредка перейти на чужую половину поля, но путаются в собственных ногах, теряют мяч... и снова красно-синяя волна подхватывает пятнистую сферу и влечет ее в направлении хозяйских ворот. С поля слышны гулкие пинки по мячу и смачная ругань игроков. Двое футболистов из разных команд получают травмы и покидают поле.
Антону безразличны и те, и другие, поэтому он не очень внимательно смотрит на поле, вместо этого изучая поведение соседей.
Симеоныч весь отдается игре: всплескивает руками, трубно ревет: "Пошел! Пошел по флангу! Пас отдай, чувырло!", смеется и плачет. Одихмантьев, сжавшись в комочек, кусает губы и пальцы, периодически обращается к соседям за сочувствием: "Нет, гляньте, ну что делают, а?". Кресло между ним и Симеонычем по прежнему свободно. Бородатый очкарик внизу безостановочно трещит семечками, неотрывно глядя на поле и бормоча себе под нос невнятно: "Плавали, знаем... Но пассаран... Это вряд ли... А если туда попробовать...", словно не наблюдает за футболом, а рассчитывает ходы в шахматной партии. Спесивый юноша наверху - демон желчи и презрения, он сверкает очами, скрестив руки на груди и выпрямившись, словно проглотил оглоблю. Но основное внимание привлекает к себе сосед справа - щуплый человечек с лисьей мордочкой. Пыхая дешевой вонючей сигаретой Антону в ухо, он громко и внятно вещает:
- Эх, и какие же все уроды. Дебилы и кретины. Вон тот, наш правый край - это же ошибка природы. А получает огромные деньги. Гнать, гнать из команды ссаными тряпками! Вратарь - жирный ленивый боров. Да он же мяча боится, просто чудо, что нам еще не забили. Пусть вернет всю зарплату, которую получил в команде за два года, и катится к чертовой матери. Про тренера нашего я вообще молчу. Этому старому маразматику давно пора на пенсию, внуков нянчить и в лавку пердеть. Пьют народную кровь, и на эти же деньги нервы этому же народу портят. Скоты! Сволочи! Подонки! Моя бы воля...
Это как раз тот случай, когда Антону изо всех сил приходится сдерживаться. Своего противного соседа он с удовольствием телепортировал бы куда подальше. Но нельзя. Светлому Магу применять магию против обычных людей не то чтобы запрещено, но считается крайне неэтичным. А потом придется разбираться с Дневным Дозором, а то и с Инквизицией. Поэтому он поворачивается к "сморчку" и предельно вежливо, но максимально ядовито произносит подходящую фразу из одного старинного и любимого народом фильма:
- Уважаемый! Если тебя не затруднит, будь так добр, пожалуйста... заткнись!
И в тот же момент сверху звучит окрик:
- Засохните вы оба, не мешайте футбол смотреть!
"Сморчок", поперхнувшись, замолкает, тушит сигарету и, вонзив локти в колени и положив подбородок на острые кулачки, начинает, обиженно сопя, наблюдать за матчем.
* * *
...Мы выпьем 100 стаканов,
Нам будет хорошо.
Давай, вперед, Тарханов!
А мы нальем еще.
Кры-ы-ыль-я!...
* * *
И в этот момент гости забивают гол. Антон не видит самого момента, но под разочарованный вздох трибун вскидывает глаза и успевает заметить только, как кожаное ядро торжественно вкатывается в сетку ворот хозяев. На поле и на большей части стадиона немая сцена. Орут и приплясывают только фанаты ЦСКА, а немногочисленные группы местных болельщиков пытаются заглушить их нестройным, но пронзительным свистом.
