Чуть дальше, на деревянных прилавках лежали всякие китайские безделушки: часы с пластиковым корпусом, выкрашенные в золото, поддельные наручные часы с названиями всяких брендов, кожаные ремни, леска, крючки и поплавки для рыболовов, китайские игрушки, включая дорогого попугая, который мог запоминать несколько фраз, красного хохотуна-неваляшки, смеющегося дьявольским смехом, если его тронуть, и поющей рыбы, извивающейся на доске в каком-то подобии танца, пока в ней играла записанная песня.
Отдельно лежали картриджи для «Денди», ну и шик — для «Сеги», с немилосердной ценой за игры от 80 до 120 рублей. Пацаны там толпились, само собой, вздыхали, глядя на заветный картридж с «Мортал комбатом», вспоминая фильмы, первый и недавно вышедший второй. И обязательно при этом упоминая мифическую третью часть, которую никто не видел, но все говорили, что она есть.
Вот рынок почти закончился, дальше было несколько столовых и закусочных. Кардан, очень высокий и толстый бурят с маленькими усиками, всегда ходил в белой рубашке, которая едва сходилась на пузе, и носил большие затемнённые очки.
Сейчас он сидел за столиком с зонтиком и ел шашлык с белой пластиковой тарелки. Ел руками, пальцы, чёрные, в которые будто навсегда въелось машинное масло, блестели от жира.
Мы сели напротив него.
— Приятного, — пожелал я. — Меня тут Коршун к тебе отправил, говорит, можешь помочь с машиной. Купить хочу.
— Друзьям Коршуна, — он внимательно присмотрелся ко мне, продолжая есть мясо, — точно помогу, а уж брату его — как родному брату. Чё каво, чем помочь?
— Нужна легковушка, мощная, быстрая, недорого, легально, со всеми документами. Новая девятка или «Марковник» в хорошем состоянии. Если есть джипы годные — рассмотрю.
— Джип есть, — предложил он. — «Лэнд Ровер», после наводнения был, но его восстановили, гоняет нормально.
— С утопленниками никогда не знаешь, какая проблема вылезет потом, — заявил я.
— Ну, да, — согласился Кардан, наморщив лоб. — «Марковники» есть… есть «Королла» 92-го года, — он задумался, подняв глаза к небу. — Джипы, джипы, джипы… чисто вот чистых… ну, один пацан продаёт, но я пока не скажу, насколько он чистый. Может, и не чистый. Надо номера на движке смотреть, у меня взгляд намётанный, скажу, когда перебиты, а когда нет. Ауди ещё была, приличная, надо пробивать, сколько стоит. Покоцанная немного, но ездит ещё, и ремонт можно быстро сделать.
Сохраняя задумчивое выражение лица, Кардан сжевал ещё кусок мяса.
— О, — он с довольным видом посмотрел на меня. — Новенький Крузак есть сотый! 97-го года! Праворулька. Ну сам понимаешь, раз он младше пяти лет, то и ценник у него нормальный — тридцать тонн зелени.
Рановато для «крузака», вопросы будут, откуда взялся такой джип у простого безработного парня. А эти типы с банка могут отслеживать, кто делает такие крупные покупки, рассчитывая, что таким образом вскроется тот, кто забрал деньги и ключи. Так что обычную машину они вряд ли заметят, а вот про новенький «Крузак» им может стать известно.
В Японии машины резко теряли в стоимости, если им исполнялось пять лет: особенности законодательства и прочего. Поэтому их активно свозили нам на паромах во Владик, а оттуда они отправлялись по всем концам нашей необъятной страны.
А тачки младше пяти лет стоили дорого, и просто так их никто не покупал. Не каждый коммерсант или браток потянет такую цену. Понтов-то больше, когда у тебя тачка совсем новая, без пробега, прямо из салона, но понты такие обходятся очень дорого.
Короче, пока дорогую тачку не берём, а потом посмотрим.
У меня начал звонить сотовый телефон, но тут же сбросился. Я проверил номер, но он не определился. Услуга странно работала, определялись не всегда, хотя денежку за это снимали.
— Что ещё? — спросил я, а то Кардан молчал долго и всё ещё смотрел в небо, будто там был каталог машин.
— Ну… слушай, надо смотреть, — он опустил взгляд. — Давай тогда позвоню пацанам, ну и пробью, что подойдёт. И с тобой сконтачимся.
— Вот мой номер, — я сунул ему визитку. — Сегодня вопрос решим?
— Да без базара! — Кардан вытер пальцы платком и убрал визитку. — Через часок-два наберу, братан.
Он ушёл, а телефон зазвонил снова, я успел ответить.
— Я быстро, — торопливо проговорил Глеб Сибиряков, почти не делая пауз. — Помнишь, про Кента вчера говорили? Есть кое-что интересное. Где тебя забрать можно?
— На рынке у первого города.
— О, ништяк, я рядом, ща заеду. Там недолго. Жди у входа.
В трубке раздались гудки. Он мог позвонить с телефона шефа, у Некрасова мобила была, подарок от спонсора.
Интересно, что Глеб нарыл. Но скоро узнаем.
— Братан, возьми пока чего-нибудь пожевать, — я показал Димке на чайхану, стоящую в отдалении, и сунул ему пятьдесят рублей. — Мне лагмана закажи и запить что-нибудь, но пусть не сразу принесут, а попозже. А себе — что хочешь. Потом тачку с тобой посмотреть съездим, подскажешь, что и как, ты же в них сечёшь. А то поговорить со мной хотят, срочно.
— О, ништяк, а то пока он мясо жрал, а у меня в пузе бунт начался, — Димка похлопал себя по животу. — Добро, погнал, жду.
