— Я работаю, скажем так, неофициальным консультантом в одной конторе, — произнёс я заготовленную заранее легенду. — Думаешь, на какие шиши я живу? И через меня проходит разное, бывает. Если что увижу интересное — свяжусь. Но… если насчёт брата не договоримся, я выйду на ваших смежников, на чекистов, у меня есть там контакт. Они брата точно отмажут, а бандитов и ФСБ, бывает, ищут.
— А откуда я знаю, какие данные у тебя бывают? — спросил полковник.
— А вчерашних было недостаточно?
— Знаешь, что? — с угрозой проговорил он. — Ты слишком… а как ты вообще своего брата собрался вытаскивать? Из братвы не отпускают.
— Вот с этим я сам разберусь. А когда разберусь — поговорим предметно. Договорились?
Некрасов выдохнул через нос, недовольно глядя на меня. Но всё же протянул свою широкую ручищу. При этом он постарался стиснуть мою руку так, чтобы косточки скрипнули, но я это к этому подготовился. Несколько секунд продолжали борьбу, потом, наконец, расцепились.
— Вот по рукопожатию много чего о человеке сказать можно, — с усмешкой произнёс он. — Ничего насчёт твоего брательника сказать не могу, не всё от меня зависит. Но если вытащишь Коршуна из этого капкана — чем-нибудь да посодействую. Замолвлю словечко.
— Тогда позвоню, если что у меня будет подходящее.
— Там остановка за перекрёстком, — Назаров показал вперёд. — Доедешь на маршрутке, куда надо.
— Подбрось меня до рынка лучше, — я хмыкнул. — Всё равно на служебной машине. А там шашлыки хорошие в одном месте есть.
— Машина служебная, а заправляем-то за свой счёт, — посетовал Глеб.
— Давай к рынку, Глебка, — полковник махнул рукой, всё так же глядя на меня. — Нам всё равно в ту сторону.
Ну, я его заинтриговал, сейчас будет пробивать про меня всякое, а в особенности — что это за контора такая, где я тайно работаю. Про Ювелира он точно не выяснит, да и тело так и не нашли, но повторять подобное в ближайшее время опасно. Но придётся, с некоторыми промедлишь — натворят дел, и будет потом на душе висеть грузом, что мог предотвратить, а не стал…
Правда, с Некрасовым надо всегда быть осторожным, он даже мелкую уступку может воспринять как слабость, всегда надо настаивать на своём. Даже вот в таких небольших вопросах, как где им меня высадить.
Зато на крючок он сел плотно, а окончательно я его подсеку, когда пойму, что это за покушение на него готовится. Но так просто о нём не узнаешь, братва такими планами не делится. И предупредить смысла особого нет, дату я не знаю, а сам полковник и так постоянно ходит в бронежилете и со стволом, знает, что опасность его подстерегает каждый день. Без конкретики говорить нечего.
А насчёт того, что я ему предложил… По сути, у меня действительно хватает наводок на тайные делишки крупных авторитетов, вернее, в памяти всего этого много. Знаю, что и откуда лучше начать, чтобы насесть на паханов, но фактические доказательства ещё надо собирать.
Знаю, что именно годами собирало следствие и на Монгола, и на Дядю Ваню, и на Пашу Чекушку, Магу, Серого и прочих… Да вот толку-то? Пока соберут всё снова, пока суд да дело, а эти так будут свои дела творить.
Кто из них хуже всех? Мага? Он зарабатывает здесь на всём, чем можно, и за счёт заработанного спонсировал родного брата, полевого командира и террориста Аслана Джабраилова, а тот в нулевые организовал несколько кровавых терактов.
Или всё же Дядя Ваня?
Вот последний тогда оторвался. Тогда он уже стал полноценных лидером своей ОПГ. На людях строил из себя благородного Робин Гуда, защитника слабых и обездоленных, в политику ещё подался. А как-то летом решил наказать коммерсанта, что отказался платить.
Наказать решил жёстко, показательно, чтобы все видели и обсуждали. Отправили бригаду киллеров-гастролёров, те прибыли к принадлежащему коммерсанту кафе, где он должен был находиться в тот вечер, и обстреляли всё из автоматов. А потом вообще бросили внутрь гранату…
Только коммерсант в тот вечер вообще остался дома, а в кафе собрались совсем другие люди, никак с этим не связанные. В основном студенты, отмечавшие сдачу сессии.
Через три года это будет, уже в начале нулевых. Дядя Ваня после произошедшего от этой истории всячески открещивался, мол, не знал ничего, и люди не его, и вообще, не в его это стиле такой беспредел устраивать.
А на сороковой день бухал неподалёку от места расстрела. Всему миру показал, что пофиг ему на всё, что он выше любого закона и правил. А то что умер кто-то случайно? Он особо не расстроился, мол, всякое бывает, жизнь такая. И вообще, что они в том кафе забыли? Дома надо было сидеть, а не бухать по кафешкам, спортом бы лучше занялись…
Не бывает Робин Гудов среди таких бандитов, да и благородных мафиозных донов, которых показывают в кино, тоже не существует. Все романтики-подражатели, засматривавшие фильм про крёстного отца до дыр, давно сдохли, остались только такие бандиты, как Дядя Ваня: лицемерные, жестокие и опасные.
Нет, просто садить таких в тюрьму нельзя, ничего это мне не даст, но к этой мысли я пришёл недавно. Это всякую мелочь можно передавать милиции, когда это выгодно, а вот с крупными…
