Сервас понимал, как мало шансов, что мальчик записан под настоящим именем. А впрочем, почему нет? Кто проведет параллель между ребенком и швейцарским убийцей? Кто поверит, что он отдал сына в школу в Сен-Мартене? Есть ли тайник надежнее?
Майор бросил взгляд на площадь. С гор спустились облака, и все вокруг стало серо-зеленым, единственный луч света цеплялся за крышу музыкального киоска.
– Давайте посмотрим, что получится. Понадобится несколько часов.
– Мы останемся.
Внизу стоял высокий человек в темном – черном? – зимнем пальто. Он смотрел на окна мэрии; Сервасу даже показалось, что мужчина следит за ним.
–
Он вздрогнул. Резко обернулся. Мэр удивленно воззрился на норвежку, перевел взгляд на Мартена.
– Я правильно понял? – спросил он.
–
– Как вы пишете «Сервас»?
Кирстен произнесла по буквам.
– Это ведь ваша фамилия? – спросил вконец запутавшийся чиновник.
Сервас чувствовал себя аналогично, в ушах у него стоял гул, но он кивнул и сказал:
– Делайте, что она говорит.
Сердце пустилось в галоп. Стало трудно дышать. Он снова посмотрел в окно и уверился, что незнакомец следит за ним, стоя в центре одной из аллей сквера. Взрослые и дети обтекали его с двух сторон, как крупный валун.
– Начали, – предупредил мэр.
Пауза продлилась тридцать секунд.
– Сервас Гюстав. Есть! – с триумфом в голосе воскликнул он.
Сервас похолодел. Ему показалось, что тень, омрачившая пейзаж, накинула траурную вуаль на его мысли. Он выглянул на улицу. Там, где секунду назад стоял человек в черном пальто, не было никого, кроме прохожих.
– До прошлого года он был записан в школу Жюль Верна, – сказал мэр, как будто услышал мысленный возглас Серваса. – Но теперь его здесь нет.
– А вы, случайно, не знаете, где он? – спросила Кирстен.
Мэр ответил по-английски:
– Мне известно одно – в нашей академии его нет.
Он повернулся к Сервасу. Прищурился – его не оставило равнодушным расстроенное лицо полицейского. Чиновнику такого ранга неприятно осознавать, что он не понимает сути ситуации.
– Покажите, пожалуйста, где находится школа Жюль Верна, – попросила Кирстен, кивнув на висящий на стене план города.
Сервас внезапно «сдулся», совсем лишившись сил, и норвежка перехватила управление. Он спросил себя, откуда у нее подобная идея. Совершенно ясно, что она понимает, как мыслит Гиртман, куда лучше, чем хочет показать.
– Конечно, сейчас… – Мэр кивнул.
Длинная белая аллея между двумя рядами старых платанов, облысевших из-за ранних холодов. Толстые узловатые ветви, засыпанные снегом, напоминали ему персонажей диснеевских мультфильмов, которые он так любил в детстве. Снегоуборщик освободил середину аллеи, ведущей к школе. Они прошли мимо низенького снеговика, которого явно слепили младшие дети: голова была странной формы, и стоял он… набекрень. Просто гном какой-то, злой и уродливый.
За аллеей и порталом открывался старомодный внутренний двор, и Сервас вспомнил «Большого Мольна» [60] и собственное детство на юго-западе Франции. Сколько детей росло в этих местах, сколько личностей сформировалось и определилось, оказавшись вне кокона семьи и сделав неожиданное открытие: «оказывается, мир существует, и он многогранен!» Многие ли вышли в мир, готовые сразиться с жизнью, укротить невезение? А скольким будущим жертвам невезения предстоит вечно разрываться между случайностями и рисками бытия, не имея сил справиться с ними? Правда ли, что именно здесь все решается, как полагают некоторые? Сколько мальчишек познали тут первый опыт общественной жизни, жестокость себе подобных и проявили неподобающие чувства? Сам Сервас почти ничего не помнил о том периоде своей жизни.
Двор был пуст, дети сидели по классам. Ветер сдувал снег с деревьев, подталкивал людей в спину, мороз превращал каждый выдох в летучий султанчик. Под крытой галереей появилась женщина; обеими руками она придерживала у горла воротник пальто. Крашеная блондинка лет пятидесяти; лицо открытое, но строгое.
– Мэр предупредил о вашем приходе. Вы из полиции, так?
– Региональная служба судебной полиции Тулузы, – ответил майор, доставая удостоверение. – Это Кирстен Нигаард, полиция Норвегии.
Директриса нахмурилась. Протянула руку.
– Могу я взглянуть?
Сервас отдал ей документ.
– Не понимаю… – сказала она, изучая удостоверение. – У вас та же фамилия, что у Гюстава. Он ваш сын?
– Это совпадение, – ответил Сервас и понял, что женщина не поверила.
– Гм-гм… Что вам нужно от мальчика?
– Он исчез. Возможно, ему грозит опасность.
– Не могли бы вы сообщить подробности?
– Нет.
Директриса напряглась.
– Что вы хотите выяснить?
– Мы можем войти? Сегодня очень холодно.
