– Сейчас. Тебе нужно еще немного побыть со мной. Это правда. Танек слишком хорошо ее изучил. Он научился угадывать каждое ее желание, каждую потребность, даже неосознанную. Когда Нелл нуждалась в утешении, он утешал ее. Когда ей хотелось любви, он любил ее – да так, что лучше и не бывает. Он умный, проницательный. По-хорошему это должно было бы ее пугать, но почему-то не пугало. Наоборот, создавало ощущение безопасности и защищенности. В конце концов, Нелл оттолкнула его и направилась к двери.
– Увидимся за обедом.
– Хорошо.
В дверях Нелл остановилась.
– Ты не рассказал мне, зачем Джейми летал в Грецию.
– Проверял кое-какие версии относительно Медаса.
– Что-нибудь выяснил?
– Пока рано судить.
Слова эти были произнесены небрежным тоном. Пожалуй, слишком небрежным. Нелл с самого начала хотела расспросить Танека о Джейми, но разговор перешел с Симпсона на Сандеквеса, и она отвлеклась. Должно быть, Танек нарочно увел беседу в сторону.
– Ты говоришь правду?
– Конечно.
– Для меня это очень важно, – медленно произнесла Нелл. – Я должна знать, что могу тебе верить.
– Ты это уже говорила. Разве я сделал что-то такое, чем мог подорвать твое доверие?
Она покачала головой.
Танек ослепительно улыбнулся:
– Тогда перестань меня терзать, детка.
Обаятельная, теплая улыбка. Нелл не смогла удержаться и тоже улыбнулась. В последние дни у нее губы расползались в улыбке сами собой.
– Извини. – Она взглянула в окно. – Снег пошел еще пуще.
– Волнуешься о Кэблере? – вздохнул Танек. –
Хочешь, я съезжу и посмотрю, не застрял ли он по дороге в город?
– Правда съездишь? – Нелл поразилась такому человеколюбию.
– Если ты этого хочешь. На душе у нее стало тепло.
– Нет, а то я буду за тебя волноваться.
– Приятно слышать, что я тебе дороже, чем добродетельный мистер Кэблер.
– Может быть, снег скоро кончится.
– Вряд ли. По радио сказали, что снег будет идти всю неделю. – Он взглянул на снежные хлопья, залепившие окно. – Через пару дней циклон дойдет до Миннеаполиса, Джоэл и Таня тоже без снега не останутся.
– Что-нибудь купить в магазине – Фил стоял в дверях кухни и принюхивался. – Здорово пахнет. Что это?
– Гуляш. – Таня улыбнулась ему, оглянувшись. – Я тебе оставлю на ужин.
– Отлично. – Он подошел к плите. – А можно попробовать прямо сейчас?
Просто мальчишка, хоть и здоровенный, снисходительно подумала Таня и зачерпнула гуляш ложкой. Фил попробовал, зажмурился и вздохнул:
– Старинный семейный рецепт. Меня бабушка научила. – Она повернула ручку терморегулятора, – Пусть несколько часов потомится. Будет вкусней.
– Вкусней не бывает. – Фил посмотрел в окно. – Сколько снега! Через несколько часов будет не проехать. Так, может купить молока или хлеба?
– Молока. За завтраком допила последнее. – Таня тоже посмотрела в окно. – Но ради этого ехать не нужно. На улицах наверняка гололед.
– Я все равно должен съездить в одно место. Что-то машина барахлит. Нужно отвезти ее в гараж.
– Что с ней?
– Сам не пойму. До вчерашнего дня все было нормально, а вчера вдруг мотор начал кашлять. – Фил пожал плечами. – Может, некачественным бензином заправился. Через пару часов вернусь. Проводите меня до двери и включите сигнализацию. Зачем было устанавливать сигнализацию, если вы ею не пользуетесь?
– Я всегда ее включаю. Должно быть, Джоэл, уходя утром на работу, забыл нажать кнопку.
Таня проводила Фила в прихожую, выпустила его на улицу и тут же включила сигнализацию. Метель крутила такой снежный хоровод, что в двух шагах ничего не было видно.
– Ну и погодка. Может, все-таки не поедете?
– Не могу же я оставаться без колес. – Фил усмехнулся. – Ничего, я привык водить машину в плохую погоду. – Он помахал рукой и стал осторожно спускаться по обледенелым ступенькам. – Про молоко тоже не забуду.
Через секунду его уже не было видно.
Таня прикрыла дверь и направилась было в кухню, но остановилась. Странное дело – на дубовом полу прихожей стояла лужица воды. Фил всегда отличался аккуратностью и вытирал ноги насухо. Должно быть, разволновался из-за отключенной сигнализации и забыл. Нужно сходить за тряпкой, пока паркет не разбух.
Мариц расстроился. Девчонка не догадалась, что он уже в доме.
Он наблюдал, как она вытирает воду, оставленную его ботинками. Мариц проскользнул в дом следом за садовником и не успел вытереть ноги. Пришлось снять ботинки и быстренько взбежать на второй этаж.
Я здесь, красотка. Посмотри наверх, и ты меня увидишь.
Но Таня, орудуя тряпкой, наверх не смотрела. Потом вернулась в кухню.
Зря он так расстроился. Люди слепы, ничего не видят и не чувствуют. Особенно, когда ощущают себя дома, в полней безопасности.
Но Таня не такая, как все. Могла бы и догадаться.
Однако все к лучшему. Тем больше она удивится и испугается.
Где бы с ней позабавиться?
Из кухни доносился ее голос – что-то напевает. Сегодня утром у нее прекрасное настроение.
Отличное место – кухня. Центр дома, основа уюта.
Почему бы и нет? Мариц стал спускаться.
