Бертрам была добрая и разумная женщина, да, добрая и рассудительная, и умела выбирать друзей и душеприказчиков. Возможно, что завещание, выражающее се последнюю волю, или, лучше сказать, распоряжение относительно имущества mortis causa228, она поручила какому-нибудь надежному другу.
– Голову даю на отсечение, – шепнул Плейдел полковнику, – что завещание у него в кармане. – Потом, обращаясь к поверенному, он заявил: – Ладно, сэр, вопрос решается просто. Вот завещание, составленное несколько лет тому назад: поместье Синглсайд отказано в нем мисс
Люси Бертрам.
Слова эти поразили всех как гром среди ясного дня.
– Но, может быть, вы, мистер Протокол, можете сообщить нам о каком-нибудь более позднем распоряжении?
– Разрешите, я взгляну, мистер Плейдел, – и с этими словами Протокол взял бумагу из рук ученого адвоката и пробежал ее глазами.
– Слишком уж он спокоен, – сказал Плейдел, – удивительно спокоен. Не иначе как у него в кармане еще одно завещание.
228 На случай смерти (лат.).
– Что же он его тогда не выкладывает, черт побери? –
сказал полковник, выходя из себя.
– Откуда я знаю? – отвечал наш ученый законовед. –
Почему кошка не задушит мышь сразу? Нет ли здесь уверенности в своей силе и желания немного подразнить всех, кто ждет? Итак, мистер Протокол, что вы скажете насчет завещания?
– Что ж, мистер Плейдел, оно хорошо написано, составлено по форме и заверено по всем правилам.
– Но оно аннулируется другим, позднейшим распоряжением, которое сейчас в ваших руках, не так ли? – спросил адвокат.
– Должен признаться, что это похоже на правду, мистер
Плейдел, – ответил Протокол, доставая пачку бумаг, перевязанных тесемкой и опечатанных на каждом узле и сгибе черными сургучными печатями. – То завещание, которое вы, мистер Плейдел, только что предъявляли, помечено первым июня тысяча семьсот… года, а на этом, –
заявил он, срывая печати и медленно развертывая бумагу, –
стоит пометка двадцатого, впрочем нет, двадцать первого апреля сего года, то есть на десять лет позднее.
– Чтоб она повесилась! – воскликнул наш советник, заимствуя это выражение у сэра Тоби Белча229. – Месяц и год как раз те, когда с Элленгауэном беда стряслась. Но послушаем все же, что она там пишет.
Тогда мистер Протокол попросил присутствовавших соблюдать тишину и медленным, ровным и внятным голосом стал читать завещание.
229 Тоби Белч – персонаж комедии Шекспира «Двенадцатая ночь, или Как вам угодно».
Столпившиеся вокруг него люди, в чьих глазах то загоралась, то снова гасла надежда и которые старались среди окутавшего все и вся густого тумана разных юридических формулировок во что бы то ни стало разглядеть настоящую волю покойной, являли собою зрелище, достойное кисти Хогарта230.
Завещание всех поразило. После перечисления в соответственном порядке всех строений и всех земель Синглсайда и других поместий, как-то: Лаверлеса, Лайелона, Спинстерс-Ноу и бог знает еще каких, сообщалось, что все передается (тут голос чтеца понизился до скромного пиано) Питеру Протоколу, адвокату, как лицу, способностям и честности которого она вполне доверяет (наша высокочтимая и дорогая покойница настояла на том, чтобы указать это именно в таких выражениях), на сохранение (здесь к нашему чтецу вернулись и прежний голос и прежнее выражение лица, а лица некоторых слушателей, которые перед этим так вытянулись, что им мог бы позавидовать сам мистер Мортклок, заметно укоротились) – на сохранение, имея в виду нижеследующие обстоятельства, соображения и цели.
В этих «нижеследующих обстоятельствах, соображениях и целях» и заключалась вся суть дела. Первым пунктом было вступление, утверждавшее, что завещательница происходит из старинного рода Элленгауэнов и что ее почтенный прадед, блаженной памяти Эндрю Бертрам, первый владелец Синглсайда, был вторым сыном Аллана
Бертрама, пятнадцатого по счету барона Элленгауэна. Да-
230 Хогарт Уильям (1697-1764) – выдающийся английский художник.
лее утверждалось, что, хотя и было известно, что Генри
Бертрам, сын и наследник Годфри Бертрама, ныне Элленгауэна, был в раннем детстве украден у родителей, она, завещательница, твердо убеждена, что он жив и находится где-то на чужбине и что божественное провидение поможет ему вернуть все свои земли.
