Полковник Мэннеринг решил воспользоваться случаем и попросил мистера Плейдела рассказать ему подробно об исчезновении мальчика. Наш адвокат любил рассказывать разные уголовные происшествия, а особенно те, с которыми он сталкивался сам в своей практике, и поэтому он очень обстоятельно все ему изложил.
– А какого вы сами мнения об этом деле?
– Я считаю, что Кеннеди был убит. Такие вещи не раз уже бывали в наших местах и прежде: контрабандисты versus242 таможенных.
– А что вы думаете насчет ребенка?
– Ну, ясное дело, убит, – ответил Плейдел. – Он был в таком возрасте, когда мог рассказать обо всем, что видел, а эти изверги ни на минуту не остановились бы и перед избиением младенцев, если бы им это было выгодно.
Домини тяжко застонал и воскликнул:
– Удивительно!
– Но цыгане будто бы в этом деле тоже замешаны, –
сказал Мэннеринг, – если верить тому, что после похорон говорил этот простак. .
– Убеждение миссис Бертрам, что ребенок жив, было основано на словах цыганки, – сказал Плейдел, ловя его
242 Против (лат.).
намек на лету. – Я завидую логичности ваших суждений, полковник, мне стыдно, что я сам до этого не додумался.
Мы сейчас же разберемся в этом деле. Эй, послушай, милый, сходи-ка ты к тетушке Вуд в Каугейт. Там сейчас мой писец Драйвер. Не иначе как он играет в хайджинкс (я и мои подчиненные, полковник, в свободные от наших прямых обязанностей дни находим себе обязанности другие). Пусть он сию же минуту придет, и я заплачу за него все штрафы.
– Надеюсь, он явится сюда не ряженым? – спросил
Мэннеринг.
– Ах, довольно об этом, если ты меня любишь, Хел243, –
сказал Плейдел. – Но надо постараться кое-что разузнать об этих выходцах из Египта244. Эх, кабы мне в этом путаном деле хоть за самую тоненькую ниточку ухватиться, посмотрели бы вы, как бы я тогда все распутал! Я бы добился правды от ваших bohemiens 245, как их называют французы, и с большим успехом, чем Monitoire 246 или
Plainte de Tournelle247. Я ведь умею допрашивать неподатливых свидетелей.
Пока мистер Плейдел хвалился своими профессиональными талантами, слуга вернулся, ведя за собой Драйвера, который так спешил, что на подбородке у него оста-
243 Хел – так называли Генриха принца Уэльского Фальстаф и другие в пьесе Шекспира
«Генрих IV», ч. 1 (акт II, сц. 3).
244 . .выходцах из Египта – то есть цыганах.
245 Цыган (франц.).
246 Monitoire (фр.) – официальное послание, угрожающее церковным наказанием тому, кто знает и умалчивает о преступлении, виновник которого неизвестен.
247 Жалоба в уголовную судебную палату (франц.). Tournelle. – Так называлась одна из палат парижскою парламента, занимавшаяся уголовными делами. До буржуазной революции XVIII в. во Франции парламенты являлись судебными учреждениями.
лись еще следы бараньего жира, а на верхней губе – пена от пива.
– Драйвер, вы должны немедленно разыскать бывшую горничную старой миссис Бертрам. Ищите ее где хотите, но если вы увидите, что нужно обратиться к Протоколу, табачнику Квиду или еще к кому-нибудь из этих людей, сами туда не суйтесь, а пошлите какую-нибудь свою знакомую… у вас они есть, и они охотно для вас все сделают.
Когда вы ее найдете, велите ей прийти ко мне завтра ровно в восемь.
– А если она захочет узнать зачем, что я ей скажу? –
спросил лихой адъютант.
– Что хотите, – ответил Плейдел. – Неужели вы думаете, я вас еще учить буду, что соврать. Но пусть она только будет in praesentia248, как я уже сказал, к восьми часам.
Писец усмехнулся, откланялся и ушел.
– Это парень полезный, – сказал адвокат, – для нашего дела лучше и не подберешь. Он три ночи в неделю может не спать и писать под мою диктовку, или, что то же самое, он и во сне и наяву одинаково хорошо и правильно пишет.
И притом он отличается большим постоянством; есть ведь такие, что то и дело из одной пивной в другую переходят, и надо человек двадцать посыльных, чтобы за ними гоняться, вроде тех молодцов, что сэра Джона Фальстафа в истчипских тавернах искали. Нет, этот так не носится, он всегда у одной только тетушки Вуд; зимой он у очага сидит, а летом
– у окна, и дальше он ни за что не уйдет: в любое время, 248 В наличности (лат.).
хоть днем, хоть ночью, как освободится – так только туда.
По-моему, он никогда и не раздевается и спать не ложится
– доброе пиво ему все на свете заменит, ему тогда ни есть, ни пить, ни спать, ничего не надо.
– Неужели он действительно в любую минуту готов трудиться? Что-то не верится, раз он такую жизнь ведет.
