Питер порадовался, что испанцы надолго лишили англичан и голландцев колониальных амбиций, но его теперь тревожил вопрос: "А что теперь мешает им колонизировать Северную Америку?" Судя по истории, испанская колонизация шла вплоть до обретения Мексикой независимости. Республика Техас отпочковалась от независимой Мексики и вошла в состав САСШ, а не возникла самостоятельно. А если Испании не будет мешать английский флот, френсисы дрейки с генриями морганами?
- Проклятье... - Питера такие мысли застигли в Зале Совета, когда он начал осмысливать только что прочитанное письмо от Эктора. - Нам вообще дадут спокойно покорить этот континент?!
- Ты чего разорался, Пэйта? - заглянул в Зал Совета Бизон.
- Да прочитал новости от Эктора. Англичан в ближайшие годы можешь не ждать. - ответил Питер. - Жди испанцев.
- А какая разница? Они же одинаково хорошо рубятся стальным мечом! - не понял Бизон.
- У испанцев относительно недалеко есть неплохо развитые колонии, с лояльным населением, производственной базой, кораблями... Как бы они не повернули конкистадоров в нашу сторону... - Питер решил обкатать эту мысль в голове. - Не! Это я труса праздную. Уже год прошел с момента точного установления местонахождения нашего города испанцами, а тут максимум полтора отряда оборванцев проходило. Сдаётся мне, что они просто дадут нам кучу времени...
- Вождь, вождь! - позвали Бизона.
- А? - развернулся он к двери, в которую ворвался посыльный.
- Бледнолицые, много, высадились в двух дневных переходах! - доложил тот.
- Накаркал ты, Пэйта! - Бизон поднял прислонённый к стене меч в ножнах. - Пошли, нужно собрать военный совет.
*Земли Высоких Людей. Территория несуществующего пока Плезант Плейса*
- Разобьем здесь лагерь. - высокий усатый испанец в кирасе и морионе, воткнул в землю под ногами трость. - Завтра с утра пойдем дальше, к вечеру будем у этого мифического города, если карта не врёт.
- Да, господин. Будет сделано, господин. - склонился его слуга, пожилой мужчина непонятной внешности и национальности. С таким оттенком кожи и чертами лица, он равновероятно мог быть и испанцем, и итальянцем, и метисом, кем угодно.
Начался процесс остановки обоза, который был высажен день назад на удобном пляже, откуда решено было идти пешком. Корабли будут ждать посыльного, чтобы прибыть к захваченному городу.
То, что город будет взят, испанец не сомневался. Не даром он аделантадо(1) Луис Давила, внук самого Педрариаса Давилы, который самого Писарро на инков отправлял. Чей отец Эрнандо де Сото, сгинувший в землях дикарей далеко на севере.
Луису очень сильно повезло, что обнаружился этот город, который, если верить байкам ходящим среди солдат, является одним из пресловутых семи «золотых», которые испокон веков стоят на этом континенте и ждут, как бы их кто-то захватил. До обнаружения этого города никто не собирался никому давать титулов аделантадо и отправлять экспедиции куда-либо. Очень удачно Луис узнал об этом городе, о планах Прелата Гавриила на него. Вовремя поднесенные мешочки с золотом, нужные слова и аделантадо становится Луис Давила, а не какой-то там внук Писарро, пусть и тоже потомок достойного рода конкистадоров, но совсем не годный для опасных экспедиций. Луису показалось, что тот даже вздохнул с облегчением, когда объявили не его. Впрочем, каждому своё.
Теперь, спустя три месяца подготовки, сборов и путешествия, они высадились на враждебном берегу. В голове Давилы уже сформировались планы, куда он потратит награбленное золото. Пусть у него присутствовал здоровый скепсис, касающийся несметных сокровищ, но то, что кое-какие богатства в городе быть должны, не подлежало сомнению.
Почему-то мелькнула шальная мысль устроить укрепления вокруг лагеря, на манер старых романских легионов... но была отброшена. Дикари не осмелятся напасть ночью, это требует высокой организации, дисциплины, чтобы иметь хоть какую-то эффективность. Да и потом, они банально могут не знать об их приходе, спокойно засыпая в темноте хибар и халуп. Да и кто нападёт на полторы тысячи человек, из которых пять сотен идальго?
У Луиса есть пушки. Ядра, чтобы разбить примитивные дикарские стены, картечь, чтобы проредить их дикарскую толпу, когда они в отчаянии побегут в самоубийственную атаку. Всё как у Кортеса, слишком сложно быть не должно.
Под такие успокаивающие мысли, Давила уснул в своём шатре.
Снился сон, как он возвращается в Гавану на набитом золотом галеоне, ему дают титул губернатора захваченных земель, он грабит местных дикарей, те несут ему золото, самостоятельно и с энтузиазмом. Прекрасный сон, который был прерван криками и паникой.
Луис выхватил рапиру и выбежал наружу.
В лагере творился форменный бардак. Люди бегали кто куда с факелами, кто-то поджег палатку, стреляли в лес из аркебуз, артиллеристы уже разворачивали пушку в сторону леса.
- А ну прекратить! - заорал во всё горло Луис. - Что за бардак тут происходит?!
- Господин аделантадо... - подбежал слуга. - Дикари напали на наш лагерь!
- Где эти дикари? Вы тратите зелье на кусты и деревья! Прекратить огонь!!! - начал багроветь конкистадор.
